И не смотря на полученное предупреждение от Алёхина, весьма недвусмысленно намекнувшего, что стоило бы промолчать и вообще не отсвечивать, Исаев предпочёл действовать так, как ему нравится.
Зло фыркнув, Олег снова посмотрел на притихшую девушку, обхватившую себя за плечи и сжавшуюся в небольшой комок. Не выдержал, протянул одну руку и осторожно коснулся её пальцев, не сильно сжав их. В ответ, Эльза совершенно неожиданно, перехватила его ладонь и…
Прижалась к ней щекой, закрыв глаза. От этого в груди со звоном лопнула ещё одна натянутая струна, позволяя дышать свободнее, а во телу растеклась жаркая, обжигающая волна, согревая не хуже самого крепкого алкоголя.
- И никаких возражений? – он нехотя высвободил руку, возвращая своё внимание дороге.
Пару минут Эльза молчала, рисуя непонятные узоры пальцем по стеклу. А потом хмыкнула едва слышно и откликнулась, вновь пожимая плечами:
- Я тебе верю. Боюсь, да… Но верю.
- Вот так просто? – Олег недоверчиво хмыкнул и тут же пожалел об этом, сдержав желание побиться головой…
Ну ладно, в этот раз об руль.
- Нет. Не просто. Далеко не просто… И тебе со мной будет тоже… Не просто, - тут она хмыкнула, качая головой. – Но… Я тебе действительно верю. И хочу попробовать. Совершенно не представляю, как это будет. Не знаю, получится или нет.
"- Не-а, - широкая улыбка на лице появилась сама собой. Не выдержав, Верещагин засмеялся, выстукивая пальцами на обмотке руля знакомый ритм. – Это самое классное, что я слышал, моя обожаемая Ледышка. Самое классное признание за всю мою жизнь. И за это я тебя обязательно расцелую… Когда приедем, конечно же.
Лёгкий румянец на щеках девушки и шутливый тычок в бок только подняли ему настроение. Эльза действительно была не похожа сама на себя.
Верещагин тихо фыркнул, вспоминая какой пришлось преодолеть путь, чтобы не бояться даже в мыслях её так называть. Он сейчас и не вспомнит толком, с чего вдруг ему захотелось вывести на эмоции невозмутимую девушку, обнаруженную на мойке в компании Рыжего Чудища. Но чем больше рокер пытался добиться нужного ему результата, тем сильнее влипал во всю эту историю под названием «Чувства».