Но не помню в каком году, Алла Панова одна вечером через лес шла, и кто-то ее изнасиловал и убил. С тех пор народ туда не суется, боязно.
– Наверное, Стефановы знали про лесную дорогу, – заметил майор."
"– Ой, конечно, – засмеялась Вера, – правда, Андрей Григорьевич и Алевтина Глебовна всегда на легковушке ездили, он начальник был, ему от государства машина положена. А бабушка – та в магазин на станции короткой дорожкой носилась, положит мальчишек после обеда отдыхать, а сама ноги в руки и бегом. На платформе хлеб свежее, чем в деревенской лавке, и газеты там продают, игрушки.
…Спустя много лет на участке неожиданно появился хозяин. Вера только недоумевала, ну откуда у пьяницы нашлись деньги на покупку дачи. Мужик жил в Дураково-Бабкино безвылазно, из дома высовывался редко, поэтому местные жители не сразу сообразили, что новый сосед запойный. Когда секрет раскрылся, местные мужики стали наведываться к «коллеге», приглашали его в компанию, но алкаш ни с кем дружбы не завел, прожил в деревне много лет бирюком и умер.
Тут у бабы Веры от беспрестанной болтовни начался кашель, и я получила возможность задать вопрос:
– Как сюда попала Анна Королькова?
– Ее Лев, сын, привез, – снова стала солировать старуха, – небось купил избушку у прежних хозяев, даже не знаю, кому она принадлежала! Внешность у Левы страхолюдская, волосы косматые, борода клочками, брови кустами, кожа, как у цыгана, но он вежливый, улыбчивый, ко мне заглянул, попросил:
– Мама после больницы, шейку бедра сломала, ей сустав вшили, чувствует себя хорошо, но я решил, что на воздухе ей будет лучше.
Ну я себя и предложила, пенсия маленькая, отчего не подработать?
Лев сначала колебался, дескать, лучше найти кого помоложе, а я ему и сообщила:
– Кто на бойких ногах – давно в Москву сбежали! Я всю жизнь работаю, баклажку с водой легко свезу и печку протопить не затруднюсь.