Вопрос действительно важный — кто я блин такой, чтобы меня, какого-то прапорщика посвящать в детали засекреченной информации? Тем более, учитывая, где именно я сейчас находился.
— Хороший вопрос. В комитете про тебя в общих чертах известно. К тому же, полковник Черненко заинтересован твоим участием в этом вопросе.
Он задумчиво посмотрел на часы. Направился к телефону, но не успел.
Вдруг раздался звонок — дребезжал телефон цвета слоновьей кости, он один был таким.
— Слушаю, Круглов! — четко произнес подполковник, сняв трубку.
Несколько секунд он слушал, затем посмотрел на меня:
— Так точно, он здесь.
Самого диалога я не слышал, вернее слышал, но только в одностороннем порядке.
Снова несколько секунд тишины.
— Вас понял, товарищ полковник. Поставить в известность. А как же… А! Так точно, хорошо. Есть!
Трубка легла обратно.
— Это был полковник Черненко! — напомнил Круглов. — Знаешь такого?
Ну, собственно, все ясно.
Иначе и быть не могло — не просто же так меня сюда засунули, чтоб я им тут телеграммы расшифровывал и с доведением по всей погранзаставе носился… Истинная цель вот она! Впрочем, я и не сомневался.
А чтобы все в моем назначении сюда выглядело более менее обычным и размеренным, ещё и сержанта Шмелева фоном подсунули. Так-то, если вдуматься, сержант ничего особенного из себя не представлял. Да, в шифрах он был получше меня и опыта работы на аппаратуре у него больше.
"— В общем так… — Круглов запнулся на пару мгновений. — Примерно полгода назад в Афгане, во время одной из операций, одним из офицеров разведки были обнаружены фотографии секретного советского военного объекта, который несколько лет считался законсервированным и забытым. Объект был построен ещё в пятидесятых годах, там занимались разработками и изучением новых видов химического оружия, в особенности боевых отравляющих веществ.