– Будет нужда какая, только знать дай. Завсегда помогу.
– Благодарствую на добром слове. Запомню, – склонил парень голову в ответ.
Родомил отправился по своим делам, а Беломир, вздохнув, огляделся и, найдя приятеля взглядом, коротко усмехнулся, подумав: «Благо тут всяких перевертышей толком не знают. А то б не отмылись».
Векша, успевший отловить и сгуртовать всех трофейных коней, заметив его взгляд, настороженно замер, вопросительно выгнув бровь. Потом, застегнув переметную суму, в которую что-то укладывал, подошел поближе и, кивая в сторону отошедшего казака, тихо спросил:
– Чего это он?
– За помощь благодарил, – отмахнулся парень.
– Так со своих все. И твоих коней уже сгуртовал. Только ты все никак их не обыщешь, – попенял он приятелю.
– Заканчиваю, – кивнул Беломир, возвращаясь к делу.
Не забыл он и вырезать свой болт, которым снял главного бандюка. Именно этот выстрел и выручил казаков. Потеряв командира, степняки начали действовать, как привыкли. Нападали по отдельности, потеряв строй.
Разобравшись со сбором трофеев, казаки снова уселись в седла и, убедившись, что ничего не забыли, отправились дальше. К огромному удивлению Беломира, убитых среди казаков не оказалось. Была пара крепко раненных, но после оказания им первой помощи бойцы уверенно заявили, что все обойдется.
До родника, где они обычно вставали на ночевку, добрались уже в сумерках. Быстро разведя несколько небольших костерков, казаки развесили над огнем котелки и принялись готовиться к ночи. Но первым делом нужно было обиходить коней. С грехом пополам разобравшись со своими трофеями, Беломир отмыл в роднике руки и едва успел присесть на снятое с коня седло, когда в темноте послышался стук копыт и звяканье металла.
Моментально рассыпавшись в стороны, казаки обнажили оружие и затаились. Не вынимая шашки, Беломир вскинул арбалет, старательно вслушиваясь в темноту. Усталый, хриплый голос заставил его чуть вздрогнуть и тихонько выругаться. Голос этот парень узнал сразу.
– Эй, вы, выдь кто старший, – позвал сотник.