Именно туда Хадсон и направил повозку. Арканджело и Трователло последовали за ними.
На винограднике обнаружилось несколько рабочих, но они, похоже, просто осматривали виноград. У самого большого из зданий, в котором, судя по всему, располагались кабинеты управляющего и бухгалтера, Камилла попросила Хадсона остановиться и вошла внутрь, чтобы расспросить о Бразио Наскосто. Она вернулась через несколько минут.
— У меня возникли небольшие проблемы с помощницей, но я убедила ее, что я родственница, которая хочет передать ему немного денег, оставшихся от покойного дядюшки Пьетро.
С этими словами Хадсон дернул вожжи, и повозка сделала небольшой круг, после чего снова выехала на главную дорогу. Они поднялись на холм вдоль сосновой изгороди, которая тянулась по всему винограднику. На вершине холма среди деревьев стояло с полдюжины домиков, а справа — тот, что с окнами в желтых рамах. Рядом с ним располагался амбар и небольшой загон для двух крепких на вид лошадей.
Хадсон остановил повозку перед домом, поставил ее на упор и начал подниматься с сиденья, однако Камилла остановила его, коснувшись его руки.
— Тебе лучше пока остаться здесь, — сказала она.
— Почему?
— Потому что ты производишь впечатление. Мы не хотим тревожить его больше, чем, вероятнее всего, и так встревожим, если это действительно Валериани. Мэтью, ты пойдешь со мной?
Пока Хадсон ждал на месте кучера, Профессор Фэлл пробрался меж складками парусины и занял место рядом с ним, а Арканджело и Трователло остались на своих местах, держась сразу за повозкой.
Когда Мэтью с Камиллой подошли к выкрашенный в желтый цвет входной двери, они почувствовали тепло солнца, пробивавшегося сквозь кроны деревьев. Отовсюду доносилась птичья симфония. Мэтью подумал, что если они и правда нашли нужного человека, то сегодня спокойная тихая жизнь Валериани бесповоротно изменится.
Камилла постучала в дверь.
Они подождали.
Дверь открылась.
— Posso aiutarvi?[39] — спросил он.
Камилла заговорила с ним по-итальянски.