При условии, конечно, что ты прав. Так где же оно?
Настало время.
— На маяке под названием Левиафан, примерно в четверти мили от побережья Кьоджи.
— Левиафан! Это слово… было написано рукой мертвого колдуна… но… — Марс нахмурился. — Я никогда не слышал о таком месте!
— А ты нечасто совершаешь морские вылазки, не так ли? — подначил Фэлл.
— Кьоджа отсюда… я бы сказал, милях в сорока, — прикинул Марс. — Левиафан. Это название… — Он повернулся к сестре с нарастающим волнением. — Должно быть, это правда! — Он быстро опомнился и постарался обуздать свои эмоции.
Они ждали. Марс принялся нервно расхаживать взад-вперед. Через несколько минут Венера вернулась в компании пожилой экономки. Марс обратился к ней по-английски, чтобы их гости тоже все поняли.
— Твой муж был капитаном грузового судна, так?
— Si, padrone, il mio…
— Говори по-английски, — перебил ее Марс.
— Да, хозяин. Мой Джорджио, упокой Господь его душу, был капитаном многих кораблей.
— Ты когда-нибудь слышала о маяке под названием Левиафан? У берегов Кьоджи.
Она погрузилась в воспоминания о прошлом, задумчиво склонив голову и подперев подбородок. Ей потребовалось некоторое время, прежде чем она вспомнила:"
"— О! Маяк Кьоджа! Да, сэр, я помню, что мой Джорджио говорил об этом. Свет не раз спасал его корабль. Но… он не назывался Левиафаном еще со времен моего детства. Я думаю, шторма почти разрушили его много лет назад, и с тех пор в нем царит мрак.
— Спасибо. Ты можешь идти.
Послышалась ли в его голосе дрожь? Очень похоже на то.
Эдетта уже в дверях остановилась и сказала:
— Это будоражит мою память, сэр, потому что многие ночи, подобные этой, когда надвигался шторм, я не спала и беспокоилась о Джорджио, пока он был в море.
Марс приподнял бровь.
— Надвигается шторм? — переспросил он.
— О, да, сэр. Я слышу это в ветре и чувствую всем своим существом. Да, сэр. Шторм. И очень сильный.
— Левиафан! — всплеснул руками Марс. — Это, должно быть, то самое место!
— Мы не узнаем этого, пока не увидим своими глазами, — остудила его пыл Венера. — И я предупреждаю, что наши гости останутся там, где они есть, пока мы не разберемся с этим.
— У вас есть необходимая информация, — сказал Фэлл. — Нет никакого резона их удерживать.
Нет никакого резона? — подумала Венера.