Черная карета карателей – это неотъемлемый атрибут их работы. Символ их присутствия в нашем городе. Напоминание, что они всегда рядом, в любой момент, но это… Господи, нельзя же так реликвию эксплуатировать. Варвары!
- Я знал, что ты оценишь. Видела бы ты глаза нашего секретаря Руды, которая эти банты заказывала.
Я припомнила милую женщину, которой помогла с пультом связи и представила её удивление. Мне показалось, она достаточно давно там работает и навряд ли видела такое отношение к реликвиям своего «храма».
Улыбка с моего лица пропала, и я ничего не ответила.
Меня очень бережно усадили в карету, и я заметила, что отношение разительно отличалось от прошлого раза, когда он меня в неё впихнул. И холодность его мне сейчас не казалась такой уж давящей, как до этого дня. В чем дело?
- Почему ты меня не отпустил?
На меня уставились пронизывающим взглядом. Айрон сцепил руки в замок и откинулся на спинку сиденья.
- Может быть мы поговорим дома?
Как только карета тронулась, меня скрутил очередной приступ тошноты, и я поняла, что да, дома оно куда продуктивнее будет беседовать, если я попаду вообще туда сегодня.
Неожиданно Даймвиш пересел на моё сиденье и обняв за плечи, уложил мою голову на своё плечо.
- На тебя смотреть страшно. Так плохо?
Я просто не знала, как себя вести. Каратель переживает? Нонсенс!
- Что происходит? – не выдержала я.
- Ты беременна.
Меня даже не удивили его знания. Теперь, когда я всё переосмыслила, я понимаю, что за мной не просто пристально следили, а считали сколько ложек овсянки я съедаю на завтрак, любовно записывали и отправляли главгаду.
Оставшуюся дорогу я была не в силах разговаривать, хотя парочка вопросов у меня определенно имелась. И я собиралась с пристрастием допросить карателя, чтобы выяснить всю подноготную и искоренить все недомолвки между нами. В конце концов, мы уже женаты, и я так понимаю, развода беременной мне никто не даст. Это же позорно для обеспеченно мужчины.