Точно такую же, какую использовала сама в прошлый раз. Ару покорно протянул мне руку, и я поняла, что рана была цветочками. С величайшей осторожностью я наложила мазь на покрытую волдырями ладонь и предплечье. Каким-то чудом пальцы уцелели, и на них не было и следа прикосновения демона. Затем так же медленно и аккуратно забинтовала руку учителя от ладони до локтя.
Я не могла избавиться от мысли, что все это предназначалось мне. Меня должна была сжечь или загрызть эта тварь. Все это должно было быть на моем теле.
– Спасибо.
На лице кровника появилось удивление.
– Мне-то за что? - спросил он.
Я указала на бинты и ответила:
– Все это предназначалось не вам.
Он поднялся с кресла и пожал плечами. Затем, кривясь от боли, накинул чистую рубашку и процедил:
– Я твой учитель и обязан защищать тебя по договору.
От этих слов почему-то стало больно.
Ару решительно развернул меня к окну и повторил:
– Расстегивай рубашку.
Я почувствовала, что снова заливаюсь краской, и выдавила:
– Нет.
– Мне неудобно накладывать повязку так.
– Я сама могу.
– Я сделаю лучше.
– Нет.
Ару начал раздражаться:
– Ариенай.
Только напоминание о его сестре заставило меня медленно расстегнуть несколько верхних пуговиц и обнажить плечо. Ожог был довольно крупным, размером не меньше ладони, и сильно болел. Я ждала, что кровник наложит мазь, и станет хоть немного легче. Но вместо этого Ару осторожно отвел в сторону мои волосы и потянул воротник рубашки вниз. А затем коснулся обнаженной кожи под выступающим шейным позвонком и удивленно спросил:
– А это у тебя откуда?"
"Я почувствовала легкое жжение и вспомнила о прикосновении огненного демона Эттвудов.
Глава 4. Огненная проблема
Ответить я не успела. Раздался треск охранного заклинания, а затем звук открывающейся двери. Ару выпустил ворот моей рубашки, а затем прижал его ладонью, словно пытаясь скрыть то, что под ним находится.