Кроме этого, пока она не найдет способ вытащить его из этой комнаты, чтение могло стать занятием, способным его развлечь. По крайней мере, это лучше, чем сидеть весь день и смотреть в окно.
И снова ее сердце сжалось.
Поля вспомнила беспризорников, которые ей помогли. Ребята выглядели вполне воспитанными и разумными. Они могли составить мальчику компанию.
Эта идея Поле показалась интересной.
— Тогда я хочу научиться, — прервал ребенок ее размышления.
Поля кивнула ему, а затем попрощалась и, забрав грязную посуду, вернулась на кухню.
— Доброе утро, ваше сиятельство, — поздоровалась Полина.
Не глядя на графа, она прошла в комнату к столу и поставила еду. Только после этого Поля повернулась, желая подойти к кровати, чтобы поговорить с мужчиной.
Сделав пару шагов, Полина замерла, удивленно глядя прямо в открытые глаза графа.
— Сегодня чудесный день, не так ли? — спросила она, растерявшись.
Риар, услышав вопрос, утвердительно моргнул.
Ему не понадобилось много времени, чтобы вспомнить девушку, которая сейчас присматривала за ним.
И пусть они встречались лишь мимолетно на балах, это было нетрудно сделать, учитывая ее внешность.
Невысокая, с длинной копной огненно-рыжих волос, с медовой кожей, веснушками и совершенно нетипичным для аристократов лицом, эта девушка заметно выделялась среди остальных.
Впрочем, интерес Риар потерял очень быстро. Несмотря на необычную внешность, для него она была слишком юной.
С ее появлением нынешняя жизнь (если его состояние можно было так называть) заметно изменилась. Все эти годы он ощущал, когда в его комнате появлялись люди, но никто из них не утруждал себя ни разговорами с ним, ни особым уходом. По какой-то причине эта девушка действовала иначе.
Когда он смог увидеть ее, первым, что бросилось ему в глаза, был взгляд. Она смотрела на него так внимательно, будто пыталась узнать, что внутри. Вся прежняя наивность и легкость, присущая юности, испарились бесследно.
Что бы ни произошло с юной баронессой за эти годы, оно полностью изменило ее. Даже внешне. Риар помнил, что лицо девушки раньше было более круглым и задорным, но сейчас в нем появились тени и резкость.
Это спокойствие и даже в некотором роде холодность сильно контрастировали с огненной внешностью, которая так и предполагала горячность и взрывной темперамент.