Клоунесса — Слава Лунин, он же Асисяй, Блин Горелый — Крепс, Оля Егорова — скорее всего, Гоголь, и завершал хит-парад друзей, подтверждая Санькину версию, Миша Павлов, решивший обойтись без развеселого ника.
Она снова вернулась на страницу Красного Перца и в череде комментов быстро нашла Клоунессу и Блина. Те обзывали поэта бледным чмом и писали, что до генерала еще нужно дослужиться.
А Оля Егорова со знанием дела едко прошлась по стилистическим ошибкам.
«Тролли», — хмыкнула Александра и снова вчиталась в нетленку Красного Перца.
Без напряга и азарта
Обилетил, в дом впустив,
И довел нас до инфаркта,
Позабыв презерватив.
Подошел сперва с вопросом…
Мы такие — ну а че?
А потом бежали кроссом,
Хрен закинув на плечо.
«Придурки», — мысленно нахмурилась Санька и, сунув телефон под подушку, постаралась заснуть. И сразу провалилась в сон. Она снова и снова падала в сугроб головой, и Кирсанов спасал ее из ледяного плена. Доставал, ощупывал каждую косточку. В какой-то момент Александре даже почудилось, что Сергей не проверяет целостность костей, а ласково оглаживает Марту и Берту.
— А Лешик? — пробубнила она, садясь на кровати.
— Алексей в койке спит, — доложил Кирсанов, потянул Саньку к себе. — Как голова, Санечка? Еще болит?
— Ага, — жалостливо промычала она, укладываясь к нему на плечо.
— Сейчас полечу, — радостно ухмыльнулся Кирсанов, стягивая с жены трусики и задирая майку."
"Потом, когда любовный пыл сменился томной усталостью, Санька заворочалась в кольце Кирсановских рук и пробормотала:
— Я тебя вычислила, Александра Серегина!
— Пфф… Подумаешь, ребус! — фыркнул муж.
— Как тебе поэма, Сереж? — осторожно поинтересовалась она.
— Нормально, — хмыкнул он, целуя ее в висок. — Мне раньше никто стихи не посвящал и в любви не признавался.
— В любви? — удивилась она, приподнявшись на локте.
— Ну да, — радостно улыбнулся Кирсанов.
И от страха мне не спится,
Глаз закрою, обоссусь.
Генерал ночами снится,
Жду с ним встречи, не дождусь!
— Я написала Красному Перцу, что он идиот, — пробормотала Александра, закрывая глаза.
— Да пусть развлекается, Сань, — отмахнулся Кирсанов, — пока не указана фамилия загадочного генерала, трахающего все подряд, мне по барабану. Но если твой знакомец позволит себе личный выпад, пусть тогда не обижается.