Когда вы к нам поступили, то мобильник нашли в вашем кармане. Вынужден вас огорчить: вряд ли вы сможете пользоваться им в стенах нашей клиники. Место здесь такое, что позвонить настоящая проблема, ни одна сеть не ловит. Если вам нужен телефон, я его отдам. Не вижу ничего предосудительного в том, что пациенты пользуются сотовой связью. Но лучше будет, если вы воспользуетесь смс-сообщениями — в этом случае есть шанс, что эсэмэска через какое-то время дойдет до получателя.
— Вот как, — кивнула я. — А скажите, меня никто не навещал? Пока я была без сознания?
— Вы вспомнили что-то про свою семью? — тут же оживился Степан Сергеевич.
— Вспомнила, — решила я говорить прямо. — У меня есть родственница, моя тетя. Она очень любит меня и беспокоится обо мне, вот и странно, почему она не навещает меня в больнице.
— Пятые сутки, — тут же ответил Степан Сергеевич. — За это время никто не интересовался вашим состоянием, мне тоже показалось это странным. Мы сообщили в полицию, так как обязаны это делать при огнестрельных ранениях. Приходил следователь, но вы еще были не готовы к беседе. Он должен появиться вновь, хотя вчера я разговаривал с ним по телефону и предупредил его, что память еще к вам не вернулась. Я не смог просмотреть вашу телефонную книгу, так как не знаю вашего пароля.
— Нет, — покачала я головой. — Мне нужен мой телефон… И еще, я все хотела спросить. Кто меня нашел? Кто позвонил в «Скорую помощь»?
— Вы лежали на земле — видимо, при падении ударились головой, что вызвало сотрясение мозга и повлекло за собой амнезию, — пояснил врач. — «Скорую» вызвал прохожий. Он утверждал, что впервые вас видит. Напугался, когда увидел молодую женщину, истекающую кровью.
— Ясно… — протянула я. — И никто, выходит, сюда не звонил и не приходил?
— Увы, — отрицательно покачал головой врач.
Телефон мне отдали заряженным. У Степана Сергеевича был мобильный, к которому полагалось зарядное устройство с таким же разъемом, как у меня, поэтому он зарядил мой.