Только эта надежда немного смягчала ее боль; она чувствовала к мужу еще большую нежность, впрочем, ее сердцу не нужны были для этого какие-то дополнительные поводы.
Гэвин Керн был на вершине счастья. Оказывается, он уже несколько лет уговаривал Нессу стать его женой. Кимберли беспокоило, что Нессу насильно выдают за него замуж, но, после того как она несколько минут поговорила с Гэвином, ее тревога улеглась.
Лахлан, весь вечер от нее не отходивший, пошел примирить двух вспыльчивых братьев, ссора между которыми грозила вот-вот перейти в потасовку.
Гэвин, как она выяснила, принадлежал замку на другой стороне озера — вернее сказать, замок принадлежал ему. Он там родился чуть больше тридцати лет назад и всегда был соседом Макгрегоров, но, будучи старше Лахлана и Нессы, в детстве с ними не дружил. Он одним из первых заметил, как Несса выросла, превратившись в хрупкую красавицу.
Услышав его рассказ, Кимберли спросила:
— А вас не смущает, что вы женитесь на женщине, которая… э-э…
— Меня презирает? — охотно подсказал он. — Это не так. Она всегда твердит об этом, и прежде я ей верил, но теперь-то понял, что к чему. Она всегда обращается ко мне за помощью, всегда жалуется, когда происходит что-то плохое.
Гэвин Керн показался Кимберли прекрасным человеком — слишком хорошим для мстительной Нессы. У него были темно-русые волосы, добрые карие глаза, приятные черты лица; ростом он был не выше Кимберли. В отличие от Лахлана в нем не было ничего необычного, но он казался надежным и дружелюбным.
— Привычка далеко ее завела, — заметила Кимберли.
Она не закончила фразу, смутившись поворотом разговора.
Но Гэвин понял ее и ответил:
— Я же сказал: когда ей нужна помощь, она всегда приходит ко мне. И сейчас она могла бы просто попросить денег, и я бы их дал. Она это знала. Но она гордая и понимала, что никогда не сможет их вернуть, так что она предложила себя. Мне следовало бы отказаться, но… — тут он покраснел, — ..я слишком давно ее хотел.