Любимая пешка короля

Во внутреннюю распахнутую дверь влетел Лео.

День сурка!

Хорошо хоть в этот раз я уже в халате.

Я выскользнула из-под балдахина и просочилась мимо тая Леонарду в его комнату для уединений. Я нуждалась в холодном душе. Край – теплой ванне.

И совершенно точно не нуждалась в том, чтобы видеть Эльиньо Третьего в момент пробуждения за полминуты до оргазма.

Достаточно было того, что я его слышала. За двумя стенами.

Реальность № 2. Утро второе. Скандальное

К тому времени, когда я привела себя в порядок и вышла в спальню тая Леонарду, вопли за стеной уже стихли.

Дверь в соседнюю опочивальню была приоткрыта, и оттуда слышались мужские голоса. Пусть тот, кто удержался бы и не подслушал в моей ситуации, первым кинет в меня подушкой.

- …Зачем ты вообще припер ее к себе в кровать? – шипел Лео, забив не изобретённый еще в этом мире болт на статус своего собеседника. – Ведь неглупая оказалась девица, сама сориентировалась, где ей нужно спать.

Вот. Вопрос, как я оказалась в постели с королем, прояснился. А будь я человеком высоконравственным, так и мучилась бы в непонятках.

- У тебя не спросил, - огрызнулся Их Величество также без пиетета к приятелю. – Не лезь не в свое дело.

- Ничего себе, не свое! Жюльетта сейчас побежит к дядюшке жаловаться, что какая-то другая шалава претендует на место у тебя в постели. Вторую ночь подряд, между прочим, - с особым акцентом процедил он сквозь зубы. - А может, и больше. Ты уже сколько ею пренебрегаешь? После обеда жди герцога Калматского с дружественным визитом.

- Кончай зудеть, - прошипел Их Величество. – У меня всё еще руки чешутся взгреть кого-нибудь.

- У меня, как догадываешься, тоже, - не остался в долгу мой новоявленный шеф. – Что, пойдем, как в детстве, отмутузим друг друга, пока твоя диво-дева топится в ванне?

- Доброе утро, милостивые государи, - вошла я.

Милостивые государи, по-домашнему не чесанные и в халатах типа моего, сидели за сервировочным столиком и изволили завтракать.

- Приятного аппетита, - добавила я как воспитанная дама.

Лео нехотя поднялся и коротко поклонился, без заметного восторга соблюдая этикет.

Его козлиное Величество, вравшее мне ночью, что «сон, всё сон», соизволило кивнуть. И ни капли сожаления или вины на лице, разумеется.

Я села на свободное кресло (Лео даже придвинул его мне) и потянулась к пузатенькому чайнику-кофейнику. Тай Леонарду остановил руку и сам наполнил третью кружку. Его Величество тем временем пялилось на мой халат. Вспоминая, видимо, что под ним. Ничего нет.