И вообще я устала, - сразу признала я себя слабым звеном.
- Конечно, если девушка устала… - поддержали меня герцоги почти в унисон.
Динамика на лицо!
Мы прошлись вдоль берега в обе стороны ручья, выбирая наилучшее место.
Отлучившись за сушняком, тай Лотер всё же оправдал звание добытчика, притащив грибов. Он клялся, что они съедобные, и обещал их попробовать первым. Или съесть все в одну глотку, если кто-то сомневается. Я понадеялась, что грибы здесь неодушевленные. Во всяком случае, на фреске ни одного гриба нарисовано не было.
Потом, после перевязки, за сушняком пошел тай Тибо. То ли мазь была чудодейственная, то ли у магов лучше регенерация, но ожоги выглядели уже не так страшно. Желтенький (грязно-желтенький) припер каких-то листочков, сказал, что для чая хорошо. Я заметила, что к чаю было бы неплохо посуду найти. Огонь, понятное дело, маг устроил. На мое замечание тай Тибо театрально взмахнул рукой, и в ней оказался небольшой металлический котелок на пол-литра от силы.
- Для зелий всегда под рукой держу, - радостно сообщил маг, и мне сразу стало неуютно.
Как напоят-напоят…
Однако горячее питье и грибы у нас были. Я тоже пошла «за сушняком», в надежде найти какого-нибудь волшебного зверька, чтобы выпросить ужин. Или какой-нибудь другой подсказки Верховного мага. Но по итогу вернулась ни с чем.
Зато я с ними своими пирожками поделилась!
Мы натаскали груду хвороста на лежак и уселись рядком у костра на поваленное дерево, передавая по кругу подостывший котелок с отваром.
- А давайте сказки рассказывать, - предложила я.
- А давайте, - согласились мои спутники. – Ты – первая.
Вот мы и подошли к квинтэссенции нашего похода, господа!
- Мне почему-то припомнилась очень грустная сказка. Она называется «Ромео и Джульетта», - глубоко вздохнула я.
И почему я не на филолога училась? Сейчас бы все подробности с цитатами вспомнила. А так кроме «Монтекки» - «Капулетти» и имен главных героев я почти ничего не помнила.
- «Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте», - завершила я свой рассказ.
- Глупости какие, - подвел итог герцог Калматский, чуть ногти не сгрызший в процессе рассказа.