Та ровно дышала, чтоб было незаметно ее замешательство. Приспичило же ему прийти именно сегодня. И вообще, какого черта она так реагирует. Она на сцене выступает перед множеством людей, а перед конкретно этим робеет как школьница.
— Голубушка, начинайте. — Скомандовал Петр Владиславович.
Дина не хотела показывать дрожь в голосе от волнения, но ей пришла в голову идея. Ей сейчас предстоит монолог девушки, которая убивает себя в конце. Дрожь в голосе даже может сыграть на руку. Дина стала смотреть поверх сидящих людей.
— Куда теперь? Домой идти? Нет. — Дина безразлично пожала плечами, и ее взгляд стал еще печальнее. — Мне, что домой, что в могилу. — Взгляд девушки упал прямо на будущего свекра. Она вроде бы смотрела ему в глаза, но будто не видела того, и снова бесцветным голосом, чуть медленнее и тише, повторила. — Что в могилу. — Затем она очень странно улыбнулась. Взгляд продолжал покоиться на Дмитрии. — В могиле лучше."
"Девушка продолжала говорить, меняя фокус зрения и тонко подбирая эмоции под каждую фразу.
— Друг мой! Радость моя! — Девушка перевела взгляд на Дмитрия. — Прощай!
После этого слова она начала падать вперед. Все вскочили, но у Новикова-старшего была молниеносная реакция. Он успел первым встать со своего места и рывком приблизиться к сцене.
Сам не понимая почему, Дмитрий еще несколько секунд держал Дину в своих объятиях и не ставил ее на пол. Та же уткнулась носом в мужское плечо, и ей было так тепло, приятно и комфортно, что она сама не хотела, чтоб ее отпускали. Она заставила Дмитрия испугаться. Ей были слышны гулкие удары сердца в груди, к которой девушка прижималась. Руки крепко обхватили хрупкую фигуру и держали так надежно, будто это самая лучшая защита в мире. Дима отпустил Дину только потому что, рядом собрались все присутствующие организаторы прослушивания.
— Боже, деточка, вы так пронзительно читали. А это ваше падение. У меня сердце в пятки ушло, я думал, что вы реально с обрыва прыгаете.
Мужчина продолжал что-то восхищенно говорить, а вот Дмитрий был очень зол. Он прошипел это на ухо Дине.
— Не смей так больше делать.