Для начала нужно определиться, что важнее, любовь, или построенные планы.
— Как это все некстати.
Родион сказал слова в пустоту потолка. Дверь открылась, и в спальню вошла Эльвира. Куда ж без нее. Именно это промелькнуло в голове у Родиона. Девица щелкнула замок и, сделав пару шагов навстречу мужчине, скинула с себя халат, оставшись в полупрозрачной ночной рубашке. Родион резко сел. Улыбка сошла с губ.
— Что тебе нужно?
— Ты снова какой-то напряженный.
Эля уселась сзади на кровать и принялась массировать ему плечи.
— Давай снимем твое напряжение.
— Ты уже перестала бояться, что отец нас застукает?
— Он остался в баре. В лучшем случае, вернется через пару часов. В худшем останется у Олега или в отеле.
— Откуда ты знаешь, что он не приехал со мной? — Родион испытывал терпение мачехи.
У мужчины получилось разозлить ее. Эльвира злобно фыркнула и встала с кровати.
— Не хочешь меня, так и скажи. — Эля подняла свой халат, и снова нацепила на себя.
Сейчас перед Родионом стояла дилемма. Или продолжать томно вздыхать по своей ненастоящей невесте, или же удовлетворить напряженную плоть. Мужчина выбрал второе, и рывком опрокинул мачеху на кровать. Он навис над ней. Это было протестом против своих чувств. Человек, который запутался в себе рефлекторно шел по накатанному пути, стараясь переубедить себя.
— Что вы в ней все находите? — Эля всматривалась в глаза Родиона, чтобы у того не было ни единого шанса соврать.
— Ты о ком? — Задача Родиона была аккуратно уйти от ответа.
— Не притворяйся. Дина. Она охомутала и тебя, и отца твоего. Мышь серая. Мнит себя королевой.
— А ты боишься, что она твою корону заберет? — Родион немного прищурился и усмехнулся.
Это было неким ударом по самолюбию женщины. Свое эго Эльвира в обиду не давала.
— Поверь, вокруг меня столько мужчин, мечтающих, чтобы я стала их, что тебе и не снилось.
Родион усмехнулся.
— Элечка, не переживай, после свадьбы наши отношения продолжатся.
— После чьей? Твоей или моей.
— Не важно. Все равно мы не можем устоять друг перед другом.
В какой-то мере это было правдой. Эльвира действительно не имела возможности отказать Родиону. Он был ее слабостью. А вот она для него была неким способом убеждения самого себя в собственной беспринципности, эгоизме и бесчувственности.