Потому что бухгалтерский баланс без вариантов, должен только сойтись. А если не сошелся до ноля копеек, значит, пазл не сложился, начинай сначала.
Но, насколько я знаю, у Марьяны Эдвардовны не сойтись не может в принципе. Поэтому мне понятно, отчего сейчас в голосе подруги звучит такая маета и неуспокоенность.
– Мутная там история, с этим новым хозяином, – наконец выдавила она из себя. – И Лерка божится-клянется, что ничего не знает, и мои мальчики ничего особо не накопали. Ясно только, что домик этот совсем недавно сменил хозяина.
– Зовут твоего красавца Эрик Игоревич Раевский. Лет ему тридцать семь. Имеет двойное гражданство – наше и швейцарское. Про детей и жен информации нет, и вообще почти ничего нет. Единственное, мелькнула мутная история с отмывом денег несколько лет назад, но там ничего не доказали или не захотели копать слишком активно.
Выдав информацию, Маря надолго замолчала. Зная, что в такие моменты подругу лучше не сбивать с мысли, я тоже помалкивала.
Осторожно помешивала поспевающий кофе, косясь в окно, где с самого утра сыпал снег, укрывая белой ватой хмурые елки и стоящие ровной шеренгой голые рябины.
– А вы с ним, как вообще, контачите? – наконец отмерла Марьяна и шмыгнула носом – верный признак, что она чем-то расстроена. – Он тебя не того, не разоблачил?
Я сняла турку с плиты, отошла к окну и прижалась к стеклу лбом, наблюдая за кружащими в воздухе белыми хлопьями.
Новый год скоро, а праздника и радости ни в каком месте не ощущается.
– Раз еще не выгнал из дома, значит, все нормально, – оптимистично возвестила я. – В доме чисто, курицу ему вчера приготовила, чего еще мужику надо.
На том конце повисло тяжелое молчание. Наконец, голос Мари недоуменно, с расстановкой протянул:
– Что ты сделала, подруга? Ты приготовила?..
– Курицу, – подтвердила я, – в духовке. Катя вчера принесла…
– Фух! Так это Катя постаралась, – облегченно выдохнула Марьяна, – а то я уже перепугалась, что ты там в своей глуши в Иное превращаться начала.
– Зря ты, Маря, не веришь в меня, – обиделась я. – Между прочим, я сама вчера духовку выключила. И продукты в холодильнике красиво разложила.
– Умница моя, – ласково протянула подруга, так что я сразу растаяла и решила ее за все простить – на друзей ведь не обижаются.
– Снежана, – осторожно позвала Марьяна.