Более забитую и неуверенную в себе, еле способную произнести зазубренную теорию. И теперь начинал злиться, хотя внешне мужчина оставался невозмутим и даже умудрялся казаться доброжелательным.
— Всем нам приходится тревожиться из-за чего-либо, — спокойно ответил он.
— А знаете, я тревожусь, — тяжело вздохнула я и уставилась на свои руки, чтобы скрыть выражение лица. — Переживаю, что не смогу оправдать ожидания своей матери.
— И чего же от вас ждёт ваша мать? — с отчетливой издевкой поинтересовался император.
Я вскинула голову, и мне стало не по себе от холодного, но в то же время язвительного взгляда.
Вот значит как? Получается, мне не показалось. Император точно знал, кто я такая. И на этот экзамен он заявился, чтобы как следует меня рассмотреть. Вот только с вопросами он не подрассчитал.
— Мама надеется, что мой дар принесет славу и почет всей моей семье, — со смиренностью монашки пропела я.
Судя по тому, что император поджал губы, обман не удался. Опытный правитель понял, что я тоже умею издеваться, более того — позволила себе это.
— Похвальное стремление, — неловко вклинился в разговор господин Сиер.
Он чувствовал, что происходит нечто нехорошие, нервничал, но не знал, как исправить ситуацию.
Я же посмотрела на императора. Да-да, похвалите меня! Я же такая послушная дочь. Но вместо похвалы я услышала предельно откровенное:
— Любому магу, особенно оказавшемуся в новом мире, нужен покровитель. Адептка Шумская, вы уже решили, на кого будете работать?
— Вообще об этом не задумывалась.
— О родных? — сухо уточнил император.
— О своей будущей семье. Муже и детях.
В темных глазах дракона вспыхнул огонь. И холодное раздражение.
— Вам рано загадывать настолько далеко.
Ага. Носительнице редкого дара о семье думать необязательно. Такие вопросы должны решать те, кому виднее. Кажется, я еще не раз разочарую императора Ардмрака.
Пока же я смущенно пролепетала:
— Да, я всего лишь на первом курсе, но чувствам и эмоциям не прикажешь. Мало ли как сложится.
Император медленно выпрямился на стуле и отчеканил:
— Я выяснил все, что хотел.
А я нет. И от количества вопросов, роящихся в моей голове, ментальные щиты не помогали.
Итак, император знал, чья я дочь. Но я не понимала, как давно правитель это выяснил. Зато от предположения, каким образом это произошло, меня начинало мутить. Ему мог рассказать Норгат.