— Но мне, как иномирянке, повезет, и я буду притягивать исключительно неадекватов? Прости, Азаарт, к тебе это, конечно же, не относится.
— Разве что я буду называть тебя своей невестой, — угрюмо бросил демон.
— Вот видишь, какой ты славный. Все понимаешь с первого раза.
— Я видел тебя голой. Мы лежали в одной постели.
Внезапное признание заставило меня присесть на край подоконника. Чужие эротические сны меня мало волнуют, но не когда после них предлагают руку и сердце.
— И из-за этого ты решил, что как честный мужчина обязан на мне жениться? Азаарт, а давай я вот прямо сейчас признаюсь, что я на тебя не в обиде…
— Издеваешься? Да?
— Прости, но я не могу относиться к твоим видениям серьезно.
Я слезла с подоконника и совершенно спокойно вытащила сундук из угла. Вблизи он в самом деле выглядел как деревянный сундучок, покрытый блестящим лаком, такое чувство, что его прямо сейчас сняли с дуба, который у Лукоморья. Ну а чудеса я еще всем обеспечу, потому что мне еще учиться и учиться.
— Твой артефакт трансформировался! И давно он так умеет? — Азаарт чуть ли не носом уткнулся в Златозубика.
Хотела предупредить, что беспечная бестактность опасна для здоровья, но не успела. Крышка моей сумочки дрогнула, и раздался такой щелчок, что я вскрикнула, опасаясь за сохранность длинного любопытного носа.
— Ого! Он еще с характером! — восхитился Азаарт. — Складывай в него конспекты смело. Никто на них не покусится.
— Пусть только рискнет — и его покусают, — ласково предсказала я, поглаживая крышку сундучка.
Златозубик тут же разомлел от внимания и вывалил длинный язычок.
— Чудеса-а-а… — выдохнул демон. — Уже не знаю я, поздравить тебя с таким живым помощником или посоветовать обратиться к артефактору, чтобы он приглушил личность твоего сундука.
— Никаких артефакторов! Златозубик мне нравится таким, какой он есть.
Я невозмутимо открыла сундучок и сунула в него два учебника, тетради и ручку с начертательным карандашом. Им нужно было выводить руны для последующей активации.
***
Норгат
десятью минутами ранее
Тихоня не справлялась. Дракон чувствовал шторм эмоций, терзающий иномирянку. И это когда с практического занятия она точно вернулась в хорошем расположении духа. Будь это не так, Норгат бы почувствовал. Он вообще чересчур сильно реагировал на Тихоню.