Ожидала, что он поинтересуется, как я провела день и чем сейчас занимаюсь, но он просто написал, что рад за меня, и спросил, во сколько приехать вечером. Я почувствовала, как в животе стянулся узел, а к горлу подступил ком. Рул всего лишь проявлял заботу и внимание, но мне было тошно, хотелось, чтобы он перестал.
Я ответила: «У меня болит голова. Эйден сегодня не работает, так что мы с ней посидим дома, посмотрим какой-нибудь дурацкий фильм с попкорном, а ты развлекайся с ребятами».
Я хотела, чтобы он возразил.
Прежний Рул, способный разозлиться и сорвать на мне дурное настроение, исчез. Я тщетно ждала его возвращения, но ничего не получала, кроме тихой уступчивости и покладистости – чувств, в которых Рул совершенно не разбирался. Рассерженная, не понимая, что происходит и как быть, я бросила телефон в сумку и заказала нам обеим еще по коктейлю.
– В чем дело?
– Ни в чем.
– Перестань, Шоу. Мы с тобой мотаемся весь день. Объясни наконец, что случилось. Грудь, волосы, поездка по холоду на кладбище… не зря же все это. Ты заставила меня говорить, когда я не хотела, теперь колись сама.
Уныло вздохнув, я покрутила соломинку в бокале.
– Я велела Рулу не приходить сегодня, потому что у меня мигрень.
– Я так понимаю, это неправда."
"– Да, и я не хочу, чтобы он отдалялся. Хочу, чтобы Рул вел себя, как всегда.
– А может, попробуешь порадоваться, что твой парень начал прилично себя вести?
Я попыталась улыбнуться, поскольку знала, что Эйден шутит, но сил не хватило.
– И он держится тише воды ниже травы, не только когда мы разговариваем или я прошу что-нибудь сделать, но и в постели. Обычно Рул не знает удержу, у нас оргазм за оргазмом, но в последнее время он стал другим… «Тебе нравится?». «Ты не против?». «Может, вот так?». Рул – не из тех, кто просит разрешения! Он берет, что хочет, и с ним ты думаешь, что всегда хотела того же самого.