Эйден должна была вернуться с работы только после двух, так что я страдала в одиночестве. Конечно, молодой девушке следует проводить вечера в городе, развлекаться, перебирать телефоны друзей, с которыми можно провести в кои-то веки выпавший свободный вечер пятницы… но всего этого я была лишена, и оставалось только грустить. Недоставало только пары кошек и пинты мороженого для полноты картины. Досмотрев второй фильм и съев то, что принесли из китайской закусочной, я поклялась с головой окунуться в приключение, которое приготовила для нас назавтра Эйден, потому что я совсем отчаялась.
Я проснулась на следующее утро и обнаружила два поздравительных сообщения – от Рома и от папы.
Эйден обычно вставала рано и каждое утро отправлялась на пробежку, вне зависимости от того, в котором часу накануне пришла с работы. Указав на цветы кружкой, подруга нахмурилась.
– Они лежали на крыльце, когда я вернулась.
– По-моему, пора обратиться в полицию.
– Если не ошибаюсь, у Гейба отец судья?
Я вздохнула.
– Да.
Избавиться от Гейба было сложнее, чем я думала.
– Хочешь, приготовлю завтрак?
Эйден покачала темной головой и возбужденно сверкнула глазами.
– Нет. Сегодня тебя ждет лучший день рождения в мире. Во-первых, мы сейчас пойдем в «Люсиль».
Я любила «Люсиль» – популярный креольский ресторан в Вашингтон-парк. Едва ли не единственное место за пределами Нового Орлеана, где готовили настоящие пышки.
– Ух ты, класс. Что еще в списке?
– Магазины.
Я поморщилась: ненавижу ходить по магазинам. На работе я носила дурацкую форму, а в остальное время дорогие модные шмотки, на которых настаивали родители. Мне ведь следовало одеваться, имея в виду ту работу, о которой я мечтаю, а не ту, которую имею. Как будто врачи не ходят в джинсах и футболке по выходным.
Увидев выражение моего лица, Эйден многозначительно ухмыльнулась.