«Ненависть» любили местные металлисты и панки, ну и потом, Джет пел на сцене с детства и обзавелся большой тусовкой фанатов, знавших его не первый год. На разогреве выступали какие-то дурацкие новички, косившие под «Slayer», потом панк-группа сплошь из девчонок, а «Ненависть» еще даже не начинала. Ну и отлично, потому что уже подходило к двенадцати, и я то и дело вытаскивал мобильник, чтобы узнать время. Каждый раз Нэш закатывал глаза, а Джет надо мной смеялся; они уговорили на двоих бутылку текилы, так что я не обижался.
"Я нервничал и злился отчасти потому, что ступил на неведомую территорию, ну и, разумеется, потому что не привык к моногамии. Я никогда и ни в чем себе не отказывал, удовлетворял базовые нужды, когда хотел, и отдавался первобытным инстинктам. В первый раз я вел себя прилично, не потому что кто-то об этом попросил, а потому что сам так решил, и уже ощущал побочный эффект.
– Успокойся. Если она сказала, что придет, значит, придет.
Нэш ткнул меня локтем в ребра, так что я чуть не выронил телефон, в котором уже почти проглядел дырку. Я сунул мобильник в карман и принялся за пиво, которое не мог допить уже час. Заметил какую-то блондинку, которая упорно смотрела в мою сторону с тех пор, как мы вошли в бар, и мысленно перечислил причины, по которым предпочел не флиртовать с очередной доступной девицей, а пообщаться с Шоу и выяснить, отчего я никак не могу ее забыть.
Джет гнусно хихикнул и провел рукой по своим растрепанным волосам. Выглядел он как типичная рок-звезда – долговязый, словно только что вставший с постели после жаркого секса. Не прилагая никаких усилий, Джет добивался того, что девчонки шалели и смотрели на него томными глазами.