Сергеева, сначала ты запалила свечи, которые предназначены совсем для иного употребления, потом накормила шефа палочками, ароматизирующими воздух, и нюхательной солью, затем был инцидент с ирисками, и вот теперь взорвалась электронная сигарета. Молодец, Татьяна, зажигаешь не по-детски!
У меня в кармане весьма кстати запищал телефон, я вытащила трубку и услышала голос Шарова:
— Мы здесь, сидим в машине.
Я быстро сбросила шефу эсэмэску и со словами: «Извините, надо привести себя в порядок», — выскользнула из зала.
* * *Мощный джип владельца посудной фабрики был припаркован через улицу от ресторана.
— Добрый вечер, Василий Петрович. Привет, Оля.
— Что за дурацкие игры? — спросил сидевший за рулем Шаров. — Зачем вы меня с дочерью сюда позвали?
Задняя пассажирская дверь внедорожника громко хлопнула, около Ольги очутился Иван Никифорович.
Я не стала разводить китайские церемонии.
— Ольга, во время нашего утреннего разговора, говоря про дух водяного, вы сказали: «Он существует, из красной бутылочки с синим сургучом зелье в еду подмешивает».
Девушка опешила.
— Ну… я просто так сболтнула. Чего пристали?
— Люди привыкли, что жидкие лекарства держат в обычных прозрачных склянках, некоторые наливают в темно-коричневые, — продолжала я. — Лично мне до разговора с Валерией Леонидовной ничего про красную бутылочку известно не было. Даже не предполагала, что есть препараты, сохраняющие свои свойства в таком стекле.
— Это все, что вас интересовало? — разозлился Шаров.
— Да, — мирно подтвердила я. — Но красную бутылочку с синим сургучом выдумать трудно. А мы точно знаем, что именно в такие Кудрявцевы разливали отраву, сами готовили и тару, и оригинальную сургучную пробку. Теперь давайте вспомним, что Петр Ильич, законный муж Алевтины Степановны, ваш, Василий Петрович, если можно так выразиться, юридический отец, скончался от того самого странного гриппа. На момент его смерти все Кудрявцевы, кроме Евдокии, жившей в приюте, уже были на том свете, Алевтина Степановна не могла купить яд у знахарей.
Девушка вжалась в спинку сиденья.