Убедившись в правдивости ответов, отправляю её предупредить деда Андрея, чтобы никто из его ""бойцов"" случайно не открыл огонь с испуга.
Когда уходит, ждём около минуты, чтобы она точно добралась до места и выдвигаемся. Заодно всё это время наблюдаем за опушкой. Через минуту уже подходим к дому, в котором мы оставили Елизавету и пленниц. На всякий случай движемся по краям улицы, следя за ситуацией. Впрочем, сомнения пропадают, когда я вижу вышедшую встречать нас Елизавету. Синяки ещё не сошли и выглядит она ужасающе.
Сначала беседую с Елизаветой, обрисовывая ей перспективу. После короткого раздумья, соглашается. Дальше следует разговором с дедом. Тот прищуривает глаза, когда я описываю заведение. После первых вопросов ""по делу"", интересуется можно ли будет ""вступать в связи с сотрудниками"". Усмехаюсь про себя. Ему сколько? Лет за шестьдесят? Или около семидесяти.
Советуюсь с ними двумя. Кого из женщин они могут посоветовать взять с собой? И нужны ли они на новом месте? Чуть поспорив, оба сходятся на том, что предложить отправиться в Кстово можно двоим. Проводим беседу. Обе согласны. Мужей у них тут нет, дети давно уехали. Что с ними сейчас непонятно. Искать - невозможно, уехали не в Нижний, а намного дальше. Отправились покорять столицу.
Остаются стриптизёрши. Но с ними вопрос решить несложно. Достаточно одного упоминания о том, что они возвращаются на прежнее место работы, но с новыми собственниками. После этой фразы все пятеро чуть ли не прыгают до потолка от радости. Видимо считали, что их жизнь так и закончится в этой деревне.
Следующий час разбираемся с грузом. Сначала местные собирают сумки, пригодные для транспортировки. После чего их забиваем грузом. Во-первых, патроны, которые мы здесь оставляли. Во-вторых, продукты и алкоголь. В погребе дома бывшего главы деревни имеется около девяти литров самогона в трёхлитровых банках. Каждую из них обматываем толстым слоем тряпья и укладываем в сумку. Помимо этого с собой берём запасы из погребов тех, кто идёт с нами.