Но вместо этого предпочитают нарезать круги вокруг самолёта, что-то возмущённо крича.
Впрочем, когда мы наконец разворачиваемся и начинаем набирать скорость, они моментально скрываются из вида. Через минуту уже вылетаем из тоннеля. Самолёт чуть проседает вниз, но сразу же выравнивается и задрав нос, начинает набирать высоту. Смотря в иллюминатор думаю о том, что сейчас помешает реальным хозяевам этого места отправить за нами несколько дронов. Транспортник, хоть и военный, но никакого вооружения не несёт.
С другой стороны, желай они нас прикончить — сразу бы вырубили свет во всём убежище. Или нанесли воздушный удар. Либо я переоцениваю их ресурсы, либо наша ликвидация совсем не значится у них в списке приоритетных задач. Что странно. Хотя, во всём этом убежище, масса нестыковок, которые я пока не могу никак объяснить. Вернее, могу. Но версии получаются абсолютно безумные.
"Когда набираем высоту, проверяю состояние всех взятых с собой. Пленных размещаем отдельно от «добровольцев». За первыми ставлю присматривать Игоря, за вторыми — ещё пару новобранцев. После этого прохожу в кабину пилота. Вихров коротко докладывает, что пока ситуация штатная. Других воздушных аппаратов радар не фиксирует, топлива хватает. Если что-то изменится, он немедленно предупредит.
Выйдя, минут десять сижу в кресле, пялясь вниз. Пробую сформулировать в голове какие-то мысли по поводу покинутого нами убежища.
Окинув их взглядом, задаю вопрос, который сейчас наверняка засел в голове у каждого.
— Как думаете, что это было на самом деле?
Переглядываются и несколько секунд молчат. Первым отвечает «ренегат».
— Что точно стоит исключить, так это реальное убежище для выживших.
Хмыкнув, киваю ему. Веду взглядом по остальным. Вторым решает высказаться «Уран». Понизив громкость динамиков, излагает.
— Подопытные крысы. Вот кого они напоминают. Только непонятен смысл эксперимента.