— Расхитители гробниц заберут доспехи с мечом и просто уйдут? На это ты рассчитывал? — спросил бог.
— Ага, — радостно кивнул я, подошёл к стене и вызвал «телекинез». Тот вырвал камни из стены, обнажив полость с запылённым гробом из досок, пропитанных специальным составом. — Помоги-ка мне, Хем.
Тот подошёл, и мы вместе вытащили гроб, расписанный всякими предупреждающими знаками, словно внутри него лежал некто, способный даже чихом разрушить мир.
Хем оторвал крышку, прибитую ржавыми гвоздями, и наш дуэт наконец-то увидел моё родное тело в грязной набедренной повязке: смуглокожее, мускулистое и без единой капли жира.
Лицо поражало тонкими приятными чертами, но улыбка даже в некоем стазисе оставалась хитрой и ироничной. Из гривы светлых волос торчали слегка заострённые уши, а ростом тело было около двух метров, даже выше Хеймдалля.
— Я почему-то даже не сомневался, что мы тут не найдём щуплого бледного заморыша в очках, — медленно проговорил бог.
— Приму твои слова за комплимент, — ухмыльнулся я и пальцами открыл веки моего оригинального тела.
На меня уставились глаза серо-стального цвет, и разума в них было ровно столько же, сколько в ёлочных шарах. Ну, оно и понятно, в теле же не было души. Пора ей туда вернуться.
Я установил зрительный контакт и воспользовался полубожественным атрибутом «Перенос душ». Меня мигом накрыла тьма, а потом навалилась боль от одеревеневших мышц моего оригинального тела, после чего медленно текущая вязкая кровь начала ускорять свой бег, сердце застучало чаще.
— Разорви меня Хель, чувствую себя как древний старик, — еле слышно прошептал я непослушными губами, кое-как приоткрыв пудовые веки.
— А он себя чувствует ещё хуже, — кивнул Хем на Громова.
Тот таращил бессмысленные глаза и пускал слюни, как заправский идиот. А ведь по моей задумке он должен был после переноса в своё родное тело в добром здравии и хорошем самочувствии очнуться от своего сна.
Глава 12
Хеймдалль ещё раз посмотрел на пускающего слюни Громова и удивлённо проговорил:
— Ты не убил прежнего владельца тела? Да ещё и вернул ему его тушку?
— Ага, как-то так, — смущённо пробормотал я, пытаясь не сгореть со стыда, ведь боги так не делали практически никогда. Им было глубоко плевать на жизни смертных, чьи тела они занимали.