Хотя, конечно, никакие это были не звёзды. И свет их не имел ничего общего с огнём. Тем не менее, опустившийся рядом со мной огонёк оперативно собрался впиться мне в ногу.
Но тут отреагировала Скалли и просто сожрала существо. Насколько я успел разглядеть, это было какое-то насекомое, похожее на светлячка. Только плотоядное.
И таких по лагерю опустился не один десяток. Тут и там послышались крики боли.
Мне пришлось выбирать, какой именно проблемой заняться прямо сейчас. И я решил первой устранить угрозу с неба.
— За пределы лагеря не ходить! — распорядился я и быстрым шагом двинулся искать кого-нибудь из магов.
По удачному стечению обстоятельств первым мне попался старик со вздорным характером, Максим Максимович, пытавшийся вчера спалить меня под воздействием артефакта.
— Максим, — обратился я к нему. — Собирай своих магов и палите этих сверчков или светлячков, кто они там.
Один из них как раз упал мне на плечо, но Скалли уже поджидала его и оперативно сожрала.
— Слушаюсь, — ответил маг, и тут же спалил тварь, упавшую рядом с ним. — Я думал, это от вулкана какого-нибудь.
Следующие полчаса мы сражались с некрупными насекомыми, норовившими полакомиться нашей плотью. В основном люди успевали среагировать. Но большая часть просто сбегала от светящихся насекомых, но не пыталась их убить.
Однако постепенно удалось организовать практически всех магов в поселении, и они начали планомерно уничтожать свалившееся нам на головы бедствие.
Но то, что позволяло им привлекать к себе еду, а именно их светящиеся чешуйки, сыграло отрицательную роль в нападении на нас. В темноте мы чётко видели каждого из них, и не оставили ни единой твари в живых.
Тем временем звуки из леса нарастали. Теперь «помогите!» кричало уже несколько голосов.
Максим Максимович Яркий решил присесть после успешной бойни, но я покачал головой.
— Слышите? — спросил я.
Маг огня кивнул и снова встал, выражая всё своё неудовольствие по этому поводу.
— Уж больно равномерно кричат, — проговорил он.
А я понял, что мой собеседник попал в точку. Несмотря на то что голоса были похожие, и выражали они боль и испуг, но раздавались слишком равномерно.