В любом случае диалог с Архонтом и Алексом оставляет у меня приятное впечатление о парнях.
Честные, открытые, в меру любят пошутить и подурачиться. В какой-то мере создаётся ощущение, словно мы сейчас не в мире Системы, а просто познакомились где-то в общей студенческой компании.
Уже прибыв в Спарту, я приглашаю Алекса на отдельный разговор.
И вот, войдя в мой кабинет, Алекс широко раскрывает глаза.
— Мушкет⁈ — ахает мужчина.
Капитан наёмников в ответ хмурит брови.
— Мы знакомы?
— Лично нет, но я многое слышал о тебе и твоей группе наёмников…
Зачем я вызвал к себе капитана наёмников? А всё просто!
Куй железо, пока горячо! Так и новости от Алекса вполне себе могут изменить мнение Мушкета, как и его подчинённых.
Всё же три десятка опытных вояк для Спарты лишними не будут.
Пока я размышляю, разговор между этими двоими только разгорается.
— Вас всех объявили мёртвыми! — восклицает Алекс. — Сенат сообщил, что вас вместе с Лордом Краснодара разбила Спарта. И что «тиран» никого не оставил в живых.
— Как видишь, я вполне себе цел и стою на своих двоих, — хмыкает Мушкет. — Но ладно я. Что там с Афинами? Если ты, капитан целой галеры здесь, то… Афины пали?
— Что? Нет! Совсем нет! — отмахивается Алекс. — Хотя, возможно, гибель Афин была бы предпочтительнее того, что с ней случилось.
— Поясни, — просит Мушкет.
Алекс и рассказывает. Про диктатуру Гарпии, про преследование любых политических оппонентов. Про то, что идея демократии оказывается втоптанной в грязь.
— А что с моим братом? Ты знаешь о нём что-то? — с содроганием спрашивает Мушкет. — Который Пистоль, он был один из «ладей».
Вот теперь мне становится понятным нежелание капитана наёмников предавать Афины.
Ведь там всё ещё остаётся его родственник. А воевать против семьи… Мда, на это не каждый пойдёт.
— Не знаю, — вздыхает Алекс. — Но если он из «ладей», то ничего хорошего это для него не несёт. Гарпия избавляется от любого, кто может представлять для него угрозу.
Мушкет прикрывает веки. Глубоко вздыхает и опускает плечи.
Но уже спустя мгновение он распахивает глаза и смотрит на меня.
— Лорд Шурик, надеюсь, вы будете не против, если я и мои парни насадят одну наглую голову на пику? — спрашивает он.
— Вы согласны дать клятву верности Спарте? — наклоняю я голову.