— Уже на следующий день, он атаковал ночью, потопив два драккара и повредив одну галеру. Из-за чего нам пришлось разворачиваться назад. До Винланда мы бы просто не доплыли такими темпами.
— Сколько потеряли по итогу этого заплыва? — хмуро интересуюсь я.
— Шесть десятков, — морщится Валерьян. — Было бы больше, если бы на драккарах не было минимальной команды. Галеры способны противостоять этому уроду, но не так эффективно, как хотелось бы.
— А что касательно дипломатии? — перевожу я взгляд на Приму и Сакуру.
— Пытались и ещё как! — заявляет Прима. — Да только он не слушает! Осёл рогатый! Всё бухтит о какой-то мести и оплате кровью! Он с чего-то взъелся на Спарту и не намеревается прекращать свои нападения!
Я невольно фыркаю себе под нос. Неужели это ответка от Системы за вмешательство Спарты в испытание Киото?
Ведь именно тогда я самолично убил босса-нарвала, пронзив тому глаз.
А теперь такой же нарвал, но чуть помельче, лепечет о мести и соответствующей плате.
Совпадение? Почему-то я в этом сомневаюсь.
Но так ли иначе об этой проблеме необходимо позаботиться.
Как бы ни были оправданы чувства морского чудовища, как Лорд Спарты я просто не могу позволить тому и дальше бесчинствовать в ближайших водах.
— Вы пытались выслать эскадру для убийства нарвала? — обращаюсь я к Алексу и Архонту."
"— Естественно, — отвечает Архонт. — Вот только этот уродец далеко не дурак. И при появлении более-менее крупной группы кораблей тут же уходит на дно и скрывается от нас.
— Да, это проблема, — признаю я. — Вы вычислили вообще откуда он взялся?
— Откуда-то с юго-западных островов, — берёт слово Триса.
Девушка теперь имеет при себе небольшую команду чертёжников, и они вместе составляют атласы, что территорий Союза, что карту всего региона, что карты для навигации по морю.
Указав на ту самую россыпь островков на карте, девушка продолжает:
— Они никем не заняты, так как не представляют никакой ценности, — поясняет Триса. — Пресной воды толком нет. Сами по себе каменистые и не имеют удобной бухты для создания форта или морской базы. Потому их все и игнорировали, что Афины, что Киото, что Винланд, что мы.
— И именно среди них прячется этот наглый засранец! — ударяет по краю стола кулаком Гимли.