Ни короны подчинения, ни присутствие Мирантис в Пантеоне не позволяют нам передать сообщений домой.
Слишком велико, судя по всему, расстояние.
Зато эмпирическим путём мы выяснили, что связь Пантеона не поддерживается на всём плане бытия. А лишь на каком-то определённом расстоянии от главного храма.
И, по идее, чем сильнее будет Пантеон, тем больше этот радиус будет становиться.
Жаль, правда, что определили мы это лишь сейчас.
Третье, следует признать, что за месяцы жизни в Спарте я серьёзно отвык от робинзонады первых дней в мире Системы.
Поскольку мы оказались на необитаемом острове, то потребовалось снова заботиться о всех тех потребностях, о которых в цивилизации ты толком и не беспокоишься.
Со мной теперь не было картофеля, но зато при мне имелся телекинез и куда более развитые характеристики.
Что серьёзно облегчило вопрос добычи пропитания, топлива и вообще разведки местности.
На первое время, пока мы обследовали остров, девушкам приходилось собирать на скалах птичьи яйца и моллюсков на отмели.
Кроме того, чуть в глубине острова мы нашли плоды, похожие на манго.
Там же обнаружился источник пресной воды, впадавший в реку, которая и вынесла нас на поверхность.
А настоящим спасением оказалось небольшое стадо диких коз, охоту на которых тут же организовали Пирра и Базальт."
"Вызвались они на «вылазку» едва ли не синхронно, за что получили косые взгляды от Малого, меня и Мирантис.
И дело совершенно не в лёгком румянце на щеках у Пирры и рассеянном взгляде Базальта…
Отношения между двумя моими сильнейшими боевиками прямо скакнули на несколько шагов вперёд после совместного прохождения данжа.
Теперь парочку можно было нередко заметить мечтательными и рассеянными после совместной «охоты» на коз.
Добычу, к слову сказать, приносить они не забывали.
Мирантис, оказавшись вдали от храма и паствы, лишилась практически всех своих божественных сил. А потому ничем не отличалась от остальных поселенцев.
А в Спарте кто не работает, тот не ест.
Но богиня на каждое поручение отвечала возмущённой тирадой и истерикой.
На попытку привлечь её к свежеванию туш коз она и вовсе высказалась в ключе «работниц много, а я одна такая», а затем ушла на противоположную сторону острова.
Останавливать её никто и не стал. Остров был безопасен, да и сам по себе небольшой.
Уже на вторые сутки голодовки богиня красоты вернулась и с самым возмущённым видом принялась за положенную ей работу.