Не раз Том пожалел, что решил «учиться» у главного кузнеца Спарты. Каждый день его руки были на пределе, а голова гудела от новых знаний.
Из-за жары в кузнице он не заметил, как подзагорел и нарастил мускулы, что очень нравилось его девушке, с которой ночная жизнь оставалась насыщенной.
Бывший офисный работник без определённой квалификации, Том неожиданно полюбил свою новую жизнь. Здесь приходилось тяжело трудиться, но изделия, выходившие из его рук, были чем-то настоящим, полезным и красивым.
Это были не безликие отчёты, доклады и служебные записки.
А ещё, ему нравилось сознавать себя частью Спарты.
Ведь здесь ему пришлось пообщаться с разными людьми. Одни побывали в рабстве у всадников на кабанах, других спасли из краснодарских болот.
Третьи рассказывали, как Вавилон загоняет в долговое рабство, или как Проповедник в Салеме жёг девушек живыми.
О своей первой жизни в мире Системы Том предпочитал не вспоминать. Прошлая жизнь оставалась в прошлом, и игроки правильно говорили о механизме витков: когда обнуляешься до первого уровня, это словно перерождение, и лучше всего забыть о том, что было раньше.
Обо всех игроках, что были рядом с тобой, о своей прошлой фракции, обо всём следует забыть! Том видел, как некоторые игроки сходили с ума в прошлом витке, обнулившись уже 5–6 раз.
Они не хотели забывать свои переживания, а пять смертей — это всё равно пять смертей. Том сам помнил ту страшную боль смерти, липкое, отталкивающее чувство, когда осознаёшь, что твой час пробил.
Эта боль глубоко запечатлелась в его памяти, не позволяя вспоминать о прошлом. Стоит только вспомнить товарищей, как момент смерти мгновенно напоминает о себе. Это случалось не только с Томом, но и с каждым игроком, обнулившимся хотя бы раз.
Было ли это особенностью Системы или массовым помутнением рассудка — Том не знал. Но факт оставался фактом: почти никто не хотел вспоминать прошлые витки.
Поэтому большинство возродившихся заново, боялись смерти ещё больше, чем те, кого пока обошла стороной эта беда."
"Именно из-за этого игрокам трудно свергнуть своих Лордов или руководителей, даже если они им не нравятся. Боязнь неизвестности удерживает их от перемен.
Для многих смена Лорда или режима равносильна новому «перерождению».