Только безмолвие, непонимание и – во всяком случае, с ее стороны – враждебность и недопущение какой-либо близости.
Надин отогнала мысль о том, что могло бы быть – сослагательное наклонение бесполезно, потому что момент, когда еще можно было повернуть все вспять, давно ушел. Она отперла дверь, убедилась, что Анри не было, достала с чердака свои чемоданы и упаковала первую партию платьев и белья, после чего забрала из ящиков письменного стола самые важные письма, дневники и фотографии. Из того заветного ящика, в котором орудовала Катрин, чтобы выследить ее и найти доказательства против нее, чтобы унизить ее… Уже из-за одного этого, подумала Надин, она не смогла бы больше здесь жить.
Она не спешила, поскольку надеялась, что Анри появится. Несмотря на то что Надин побаивалась разговора с ним, ей все же хотелось покончить с этим делом. Она намеревалась ясно и четко разъяснить мужу, что их брак окончен, чтобы он понял это и чтобы она в будущем могла быть спокойна, что с его стороны больше не будет никакого давления на нее.
Надин отнесла чемоданы в автомобиль, но потом ей пришлось вернуть один из них обратно в дом, потому что он не помещался в багажник. Как же она всегда мечтала о красивой, большой, представительной машине! Это, вероятно, относилось ко всем тем грезам, которые нынче были погребены, хотя Надин не могла не признать, что крушение этой мечты было еще далеко не самым худшим в ее жизни.
Затем женщина села на кухне, налила себе кофе и закурила. После второй сигареты она выглянула в окно, в сияющий день, но не почувствовала в себе ни капли уверенности или надежды. Однако у нее была хотя бы убежденность в том, что она поступает правильно.
Тут Надин обнаружила, что уже час дня. Это ее поразило. Она канителится тут с самого раннего утра, а Анри все нет! Может быть, он куда-то уехал?
«Неважно, – решила она, – значит, поговорю с ним в другой раз.
Надин села в доверху загруженную машину и включила зажигание. Ей неизбежно пришлось бы проехать мимо того места, где был припаркован брошенный автомобиль Петера, и это снова причинило ей боль.
«Не думай об этом, – приказала она себе, неподвижно глядя прямо перед собой и крепко сжав губы. – Все прошло. Не думай об этом».