«Черный Ковен» потерпел неудачу с «Колебателем земли», но они еще обязательно дадут о себе знать. Цирцея Сэнтери, их представительница, во что бы то ни стало хотела разрушить «Колебателем» какую-то конкретную цель. Возможно, это как-то связано с их загадочным планом. И с корпорацией «Экстрополис» до сих пор не все ясно. Прекратят ли они свое существование или смогут выбраться из неприятностей без последствий.
Татьяна молча выслушала его.
– Я поняла, – задумчиво сказала она. – Но, пока я нахожусь под присмотром Департамента, мне можно особо не беспокоиться.
– Вижу, – усмехнулся Никита, ощупывая шишку на затылке. – Удар у тебя поставлен что надо!
Татьяна смущенно улыбнулась.
Затем Никита попрощался с ней и выбрался из квартиры тем же путем, каким вошел, – через окно. Татьяна долго смотрела ему вслед.
Парень-пантера, цепляясь когтями за выступы, спустился по стене дома, спрыгнул на тротуар и быстро побежал прочь.
Татьяна мечтательно взглянула на луну, сияющую в темном небе над крышами небоскребов Санкт-Эринбурга. Полускрытая густыми черными тучами, она напоминала гигантский кошачий глаз. Кто бы мог подумать, что среди обычных людей живут оборотни, способные превращаться в различных животных? Мутанты, наделенные другими невероятными способностями? Черные и белые ведьмы и колдуны, враждующие друг с другом? Все это казалось таким волнующим, захватывающим и одновременно – очень опасным.
И ей это нравилось!
Ее новенький мобильник, лежащий на обеденном столе, издал вдруг звонкую трель. Татьяна вернулась в кухню, взяла его в руки и взглянула на дисплей. Звонил Антон Василевский. Она улыбнулась.
– Привет! – тепло поздоровался он. – Я тебя не разбудил?
– Я еще не ложилась.
– Панкрат собирает всех в Департаменте. Сейчас за тобой тоже приедет машина.
– Что-то случилось? – обеспокоенно спросила девушка.
– Сегодня нас впервые возьмут на настоящее место преступления.
– Круто! – выдохнула Татьяна. – А что ты скажешь родителям? Ночь ведь на дворе.
– Они считают, что меня взяли учиться в академию полиции! – хохотнул Антон. – В принципе, это ведь почти правда. Так что теперь мне не приходится объяснять все свои отлучки.