Наоборот, наступила тишина:
— Не вижу радостных лиц.
Михаил задумчиво мял в руках хлебный мякиш. Дмитрий, чтобы чем-то себя занять, начал разливать всем по новой. Только Сергей, глядя мне в глаза, ответил:
— Да как-то и не знаю, радоваться или нет. Пока он было закрыт и вопросов не было. Всё ясно. Мы здесь живём и всё. А теперь? Я лично восторга не ощущаю. А ты сам?
Вопросик он мне подкинул. А зачем мне таится? Отвечу прямо:"
"— А я когда увидел, в первый момент, ещё не осознавая, испугался. Даже не так. Как сказали, что в море, что-то светится, так у меня внутри что-то ёкнуло.
Михаил перестал мять хлебный шарик и перенёс своё внимание на стакан:
— Вот у меня также. Мне сейчас кажется, что как будто и не было той жизни. Сон.
Наконец своё слово сказал Дмитрий:
— Вот и пришли к общему мнению. Да и было ли то окно: А если и было, то, наверное, уже пропало. А если не пропало, так ещё вопрос — работает ли оно? В Беловодье никто не пропал в этом портале? Вот и ладушки. Лучше давайте выпьем за дружбу!
Снова звон стекла от сдвинувшихся стаканов и минутное затишье.
— Михаил, а как там с нашим аварийным вариантом?
— Обижаешь. Каждый год всё проверяю, а что надо переоформляю. Как и договаривались.
Тут в разговор вмешался Сергей:
— Тсс. Ребята замолчите. Вы ничего не слышите?
Все замолчали и прислушались. Я тоже прислушался:
— Сергей! Тебе показалось. Тихо как в склепе.
— Вот именно, что тихо. Ничего не слышно. Ничего.
В этот момент через стенки дома просочилось какое-то белесое марево.
Сергей заметил, что пола его расстегнутой куртки торчит с другой стороны кокона и выдернул её. Дмитрий хмыкнул, снял шапку и сунул в белесую поверхность. Шапка с лёгким сопротивлением прошла на другую сторону. Её движение остановилось, только когда пальцы Димки, коснулись поверхности. Живую материю кокон выпускать не хотел.