Причём первые 10 ракет были фугасными, а остальные 10 зажигательными. Фугасные проламывали борт корабля, а часть зажигательных, через проломы, попадала в трюм. Стрельба велась с дистанции 100 метров, и противник отвечал мушкетным огнём, часто довольно метко. Уже несколько лодок с погибшими ракетчиками, течение медленно сносило вниз. Там их перехватывали каноэ, оставшиеся с транспортными судами. Погибших поднимали на борт, установку перезаряжали и сажали новых людей. Каноэ взревев двигателем, устремлялось к новым подвигам.
Через час город горел. Горели и суда, что на своё несчастье оказались в этот день здесь. Каноэ, отстреляв очередную порцию ракет за мостом, загрузились взрывчаткой и устремились к мосту. Для их прикрытия, один фрегат, подошёл почти вплотную к этому величественному сооружению из камня. Сделав по два захода и уложив почти тонну взрывчатки под опоры моста, лодки устремились вниз. Вместе с ними стал отходить и фрегат. Кто-то, что-то не рассчитал. Мощный взрыв сотряс окрестности Лондона.
"А бой продолжался. Помимо замка Тауэра у пиратов была ещё одна цель — банк мастеров золотых дел Лондона. Чтобы до него пробраться пиратам пришлось не только попотеть, но и пролить немало крови, хотя мы и обстреляли предварительно этот район шрапнельными и осколочными ракетами.
Через два часа, бой утих. «Илья Муромец», израсходовавший весь боекомплект в 1600 ракет, спустился вниз по течению, к транспортным судам. Там за его починку, сразу взялась ремонтная команда.
Два фрегата и один ракетный корабль поднялись верх по течению, выше взорванного моста.
Город горел, но подстрекаемая нашими лазутчиками беднота Лондона уже мародерничала в богатых кварталах. К вечеру это приняло повальный характер. Ещё неизвестно кто больше украл, пираты или сами жители Лондона.
Стемнело.