Магия любви

Не стреляться же с ним теперь, когда они уже поженились!"

"У Джеймса были и другие причины не любить Идена, кроме его женитьбы на Реджи, но это уже другая история. Хитрая девчонка заявила, что она влюбилась в Николаев, ведь он так напоминает ей дорогих ее сердцу Энтони и Джеймса, что, однако, не улучшило их отношения к жениху, так как кто угодно, тем более похожий на них, был совершенно неподходящей парой для Реджи. Ни Джеймсу, ни Энтони не в чем было упрекнуть Ника: он действительно оказался идеальным мужем. Они не переносили его из принципа!

И вот теперь еще одна их племянница на очереди.

Реджи потеряла обоих родителей, когда ей было только два года, поэтому Джеймс и Энтони по-отцовски заботились о ней, принимали деятельное участие в ее воспитании. Разумеется, о младшей дочери Эдварда было кому позаботиться, но у нее были такие угольно-черные волосы и такие кобальтовые глаза Мэлори, что они с Реджи могли бы быть родными сестрами. И это сходство все решило. Оно сразу пробудило в Энтони отцовские инстинкты, хотя он и пытался все отрицать. А Джеймс с таким недовольством рассматривал толпу кавалеров Эми, что даже, кажется, стал иначе относиться к своим прежним мечтам о рождении дочери, такого же бесценного сокровища, как Джудит у Энтони и Рослин.

— Ты не спишь? — лениво поинтересовался Джеймс.

— Ни я, ни ребенок.

Услышав эти слова, он сел на постели и, расставив руки, обнял ее огромный живот, так что следующий толчок пришелся ему прямо в ладонь.

Глаза Джеймса встретились с глазами жены, и они улыбнулись друг другу.

Эта новая жизнь, это движение, загадочные толчки до глубины души волновали Джеймса, неизменно трогали и умиляли его — Этот был совсем слабенький, — прошептала Джорджина.

— Ну уж нет, вот увидишь, скоро он уже будет боксировать — Он? Я думала, ты хочешь девочку. Джеймс хмыкнул:

— После сегодняшнего? Пусть о дочерях заботятся Тони и Эдди Джорджина улыбнулась, прекрасно понимая, в чем дело:

— Эми сегодня была восхитительна. Муж опять хмыкнул и пробурчал:

— До сих пор в толк не возьму, как ей удалось обвести меня вокруг пальца.

Причем все последнее время она вертелась тут больше, чем дома.

— Ты не мог не заметить, как она была хороша сегодня. Как ее дядя, ты, естественно, не обращал внимания на ее прелестные округлости. Тем более что Шарлотта одевала ее как ребенка, в платья с закрытым воротом, а сегодня в вечернем туалете она была как свежая роза.

Вдруг его зеленые глаза округлились от неожиданной мысли.