— Когда-нибудь бывала на Танарге? — невозмутимо поинтересовался он.
И я поняла, что услышал.
— Нет, — ответила, не сумев сдержать улыбку.
— Слетаем? — сдержанный вопрос.
— С тобой — с удовольствием, — совершенно искренне ответила я.
— Пять минут на сборы. Время пошло, — выключив сейр и поднимаясь с постели, уведомил он.
* * *До космопорта мы долетели за считаные минуты, он, как оказалось, был недалеко. Огромный темно-зеленый купол, сооруженный словно из стекла, оказался с проницаемым потолком — он раскрывался воронкой при взлете каждого из кораблей, похоже рейсовых.
"Мы же сразу отправились к куполу поменьше. Насколько я поняла, там была отдельная часть космопорта.
Пока летели, сахир распорядился о подготовке корабля для межпланетного полета. Действовал он быстро, предельно быстро. Мы подлетели к малому куполу, который маленьким казался только с огромного расстояния. Саттард, продолжая переговоры, спрыгнул и пошел открывать двери для меня…
И в этот момент на нас напали!
Первый выстрел блокиратора пришелся практически в спину сахира, тот каким-то образом сумел противостоять ему, рухнув наземь не ничком, как предполагали нападающие, а на одно колено, мгновенно доставая меч, второй выстрел пришелся по флайту, и это было что-то сродни электроимпульсной бомбе, потому что мгновенно вывело из строя всю автоматику машины.
Но увидеть дальнейшее мне не дали — дверцу уже не функционирующего флайта распахнули, ремни безопасности уничтожили лазером, и высокий худощавый мужчина в черном, схватив меня, без труда перекинул через плечо и рванул прочь. Бегом!
Он бегом, а Саттарда и подоспевшую охрану обстреливали два рейтанских же дрона, усиленно поливая огнем и уничтожая все вокруг! Последним, что рухнуло, был купол самого космопорта, причем рухнул он именно как стекло — с грохотом и звоном.
И на все это ушло секунд сорок, не больше!
После чего меня запихнули в капсулу, мой похититель запрыгнул на свое место, и мы стартовали. Приказ «Пристегнись» прозвучал уже после старта, и осуществить его при навалившихся перегрузках у меня просто не было возможности. При таких перегрузках даже говорить нет возможности, не то что действовать.