Сразу последовало приглашение позировать для настенного календаря «Внутренний мир россиянки», затем Таирова снялась в триллере «Комсомолки в турецкой бане» — так, легкое софтпорно — и наконец нашла себя в сфере условно-эскортных услуг. А все потому, что по жизни была она роскошной блондинкой, 100-65-98. Правда, нос слегка подкачал — картофелиной, но во всем остальном экстра-класс. На такое добро всегда любители найдутся. На ее плече, как у божественной Бьорк, был наколот древний компас викингов, перманентный макияж подчеркивал контур губ, а в самом интересном месте она носила золотую цепочку, что с гарантией наделяет любую женщину южным темпераментом.
От горячей пенящейся воды пахло морским прибоем, и, закрыв глаза, можно было легко представить себя где-нибудь на Канарах или на худой конец в Гаграх. Только Леночка этого делать не стала. Не время для мечтательности, расслабухи и парения в облаках. Судьба дала ей шанс, и надо быть полной дурой, чтобы им не воспользоваться.
«Если дам я тебе, что ты хошь, — основательно вымокнув в соляном растворе, она встала под прохладный душ и ощутила в теле бодрящую легкость, затем накинула любимый махровый халатик, — ты поймаешь лобковую вошь». Облупившийся потолок ванной желтел разводами протечек, в трубах по-органному гудело басом, дешевый кафель навевал смутные воспоминания о привокзальном сортире. А чего еще-то ожидать от хрущобы в периферийном спальном районе? И то спасибо, по нынешним временам пятьдесят баксов в месяц за отдельную хату — сказка.
"Лысый Кузя — это папик один. Плешивый, в очках, однако крутой, как вареное яйцо, и души не чает в стройных полногрудых барышнях типа Леночки Таировой. Познакомились они пару месяцев назад на Кузином дне рождения.