Прекращай пить таблетки и роди Ваде малого, если не хочешь вляпаться по уши.
Илона замерла от неожиданности. Минута. Две. Три. Они смотрели друг на друга, не отводя взглядов.
— Я тебя предупреждаю только потому, что ты моя сестра. Вадик уже обследовался и очень скоро потащит тебя к гинекологу. Что будет дальше? Объяснить? Или твоей фантазии хватит? Как скоро он поймет?
— То есть вариант того, что у нас могут быть проблемы с этим, ты не рассматриваешь? — спросила наобум.
— Почему же. Рассматривал. А потом позвонил Серафимовне.
— И ты вот так запросто меня ему сдашь? — кивнула в сторону бассейна.
— Если вынудишь — да. — Гадко улыбнулся в ответ и выпил еще сока. — Лон, тебе через год тридцатник будет. Когда рожать собираешься? В сорок? Для себя не нажилась еще?
— Не твое дело. — Огрызнулась в бессилии.
— Хотел бы и я так думать, но не получается. Не чужие ж люди. Малая или прекращай их пить или расскажи все Вадиму. У тебя два дня. До отъезда сообщишь мне что решила. — Марк поднялся, и, сделав несколько быстрых шагов, нырнул в воду.
Илона встретилась глазами с Александрой. Невестка знала об их отношениях с Разумовским все, кроме этого. Почему не посвятила? Не хотела втягивать. Девушка и так выгребла на пустом месте, после ее побега из дома.
— Да, Саш. Это правда. И не спрашивай почему. Все очень сложно.
— Я в курсе. — Рассеянно согласилась та. — Лона, но это же может быть твоим козырем.
— В смысле?
— Если Вадик побежал проверяться, значит, ребенка очень хочет. Ты благодаря карапузу потом из него веревки вить сможешь.
— Как раз наоборот. Веревки вить потом будет из меня он. — Простонала в ответ. После чего пришлось вкратце объяснить политику относительно семейного уклада своего любимого.
— Неужели все настолько беспросветно?
— Он мне сейчас не разрешил выйти на работу, а что будет потом, представляешь? — процедила сквозь зубы горько Илона. — Я ни на грамм не карьеристка, но сидеть в четырех стенах не могу. А Вадим хочет, чтобы я посвятила свою жизнь детям и ему.
— М-да… дела…
Они вынуждены были замолчать, так как мужчины вышли из бассейна и направились в их сторону.
Ила проварилась в собственных мыслях двое суток. Фактически Марк не оставлял выбора — только рожать. Что с ней сделает Вадим, если узнает о противозачаточных — боялась даже представить. Настроение и без того оставляло желать лучшего, а после разговора с братом опустилось ниже плинтуса.