Даже оправдывать себя считалось чем-то зазорным.
И вот… опять. Приплыли, что называется.
Глава 31
Вторым неприятным моментом стал его запрет на любимые сыры, соленую красную рыбу и суши. Вадим дал ей несколько ссылок на умные статьи о том, что во время беременности лучше отказаться от этих продуктов. Но то ли из-за перестройки гормонального фона, то ли из-за нежелания запретов, Илона начала раздражаться и всячески показывать свое неудовольствие. Разумовский выдерживал ее выпады с завидной стойкостью и отстраненностью.
— Малая, потерпи, пожалуйста. — Уговаривал мягко, но твердо. — В рыбе могут быть гельминты, а в любимом камамбере — листерии. Зачем рисковать? Есть куча всего другого, не менее вкусного. Скажи, чего хочешь, и я организую.
— Я хочу кусок бри и бокал белого вина.
— Лоночка, прекращай. Родишь — а потом оттянешься. Хоть бутылку в одно лицо.
— Купи мне нормального сыра! Только не твердого!
Он открыл холодильник, и, заглянув в него, спросил:
— У нас есть тостерный. Будешь?
— И стакан виноградного сока для драйва? Ты издеваешься?! — закипая, сжала сильно кулаки.
Подобный разговор у них случался уже не первый раз, а потому, зная всю бесперспективность своих желаний, Лона развернулась и ушла в комнату, где горько расплакалась. Накануне Вадик не разрешил ей в кафе съесть «Тирамису». Там, видишь ли, используются сырые яйца и кофе!
— Как же тебя плющит, маленькая моя. — Он присел рядом и провел по ее спине рукой.
— Отстань от меня! — попыталась отмахнуться, но не смогла.
— Не плач, ну чего ты? — утешал, убаюкивал, шептал ласковые слова. — Это же не на всю жизнь. Давай мы сейчас прогуляемся и купим тебе торт? Или пирожное. Или шоколад. Ты же любишь его, да? Воды выпьешь? Нет? Не надо плакать. Ну же. Ш-ш-ш…
Илону вообще в первом триместре пробивало на слезы довольно часто. Однажды дошла чуть ли не до икоты от плача только потому, что не смогла открыть баночку с витаминами.
Со временем состояние стабилизировалось, и перепады настроения пришли в норму. Разозлилась сильно где-то за два месяца до родов, когда поняла, что муж обвел ее вокруг пальца.