Всегда хотел испытать конкретно это заклинание из кожевничества на чем-то живом, так что Эрнест Арсеньевич подвернулся очень удачно — его не жалко, если что-то пойдет не так. Пока что враг казался почти невесомым и при этом точно дышал, а большего мне от него было не нужно.
По другую сторону от прохода на Изнанку группа задерживаться не стала. Отошла буквально метров на двадцать, сложила ношу на землю, один полоснул себя по руке, хорошо окропив землю кровью, после чего вся группа рванула в сторону шлюза и уже не оборачивалась.
Отогнав машину чуть подальше, я пробудил пострадавших от целительского сна. Подскочили они оба тут же.
— Спокойно, все под контролем, — сообщил я. — Сейчас еще немного отъедем и займемся допросом Живетьева. Вон он валяется, можете пока попинать, потому что нам его целостность не важна.
Греков предложением воспользовался, подошел и от души пнул. Поскольку на Живетьева продолжало действовать заклинание по уменьшению веса, то взмыл он высоко и приложился носом аж к потолку. Но не проснулся. А я спохватился и убрал лишнее заклинание. Заодно проверил, все ли в порядке с телом, подвергнувшимся воздействию.
Шелагин же пинать врага не стал.
— Что это было?
— Живетьев вас в сон отправил. Заклинание целительское, стандартные артефакты пропускают. А моя куртка — нет, поэтому я остался в сознании.
— Хочу такую куртку, — восхитился Греков. — Или хотя бы жилет. Если твой враг — целитель, то без такой штуки ему противостоять сложно.
— Сделаем, — согласился я. — И Александру Павловичу тоже.
Транспорт тронулся и повез нас вглубь Изнанки.
Глава 18
Спасенные понемногу отходили как от шока, так и от последствий целительского заклинания.
— А мы вообще где? — недоуменно спросил Шелагин, приглядываясь к пейзажу за окном.
— Мы вообще на Изнанке, — пояснил я.