Судя по комментариям, которые пошли после этого, было показано видео с моей «смертью» и последующим убийством слизня. Первый раз прозвучала фамилия Живетьева.
— И что должна нам доказать эта постановка? — насмешливо спросил император. — Вину Живетьевых? Постыдились бы, Павел Тимофеевич."
"— Дайте ему закончить, Константин Николаевич, — пробурчал кто-то. — Мы знаем, что вы всегда выступаете на стороне Живетьевых. Но я уверен, что Павлу Тимофеевичу есть что рассказать и показать и без этого видео.
— Именно так.
Дальше послышались знакомые звуки допроса Трефилова.
— Это что-то из области сказок, — скептически проворчал один из зрителей. — Блоки, подмена детей. Вы нас за идиотов считаете?
— У меня есть подтверждение независимого целителя того, что Николай не мой сын, а Живетьева, — заявил Шелагин.
— Чушь! — пренебрежительно бросил тот же человек. — Это все равно выяснилось бы, когда реликвия наследника не приняла бы. Я знаю Эрнеста Арсеньевича как порядочного и честного целителя. И очень высококвалифицированного.
— Думаю, ваше мнение вскоре изменится. Разумеется, после услышанного мой старший сын… Точнее, мой единственный сын решил переговорить с Живетьевым. Поскольку тот был в отъезде — как выяснилось позднее, участвовал в еще одном противоправном действии, сущей мелочи по сравнению со всем остальным.
Смотрели его в полной тишине, был слышен только голос Живетьева и его компаньона. Видео было коротким, поскольку там были только нападение и оставление тел на Изнанке.
Мне опять ужасно не хватало возможности видеть через стену. Уверен, император уже давно понял, что сообщница его обманывала, и сейчас пытался придумать хоть что-то, чтобы выйти без потери лица из неприятной ситуации.
— Это выглядит впечатляюще, — подал голос император. — Хотел бы я узнать, как все это было снято таким образом, что никто из действующих лиц ничего не заметил.
— Артефактом, Константин Николаевич, — ответил Шелагин. — И сразу поясняю, что нападение было именно на Александра и его спутника. Не на иллюзии.