Потому что я никак не мог не использовать возможность глянуть, что же тут находится.
Живетьеву не заинтересовали ни драгоценности, ни артефакты, лежащие навалом на полках, в шкатулках и сундуках. Все, что привлекло ее внимание, — это экранирующие контейнеры.
— Я гляну, Костенька? — заворковала она, наклонясь к ближайшему. — Или у тебя от меня секреты есть?
— Да какие секреты, Арина Ивановна? Все реликвии, которые тут есть, — это императорская и княжеские тех родов, кто отказались от земель в мою пользу.
Насколько я понимаю, отобранные у липовых наследников на случай, если найдутся настоящие наследники и потребуют проверить тех, кто отдал княжества императору. Нет реликвии — нет проверки. Хотя, конечно, было бы надежнее ее уничтожать, но там что-то завязано на безопасности даже не отдельного княжества — всей страны.
Живетьева «Костеньке» на слово не поверила, просмотрела все контейнеры, особенно долго задержавшись над императорской реликвией.
— Любуешься? — с насмешкой спросил он. — Ты давай свою ищи, пока я не решил, что с тебя хватит.
Живетьева разозленно захлопнула крышку и перешла к другому контейнеру. Проверила она все, потом осмотрела и сундуки размера, подходящего для того, чтобы в них можно было запихать тот отвратный шар.
— Ничего не понимаю, — сказала она в конце осмотра. — Костя, я абсолютно уверена, что моя вещь была здесь. Могу чем угодно поклясться."
"— А я могу чем угодно поклясться, что ее тут не было, — возразил император. — Но не буду. Лишние клятвы — лишняя нагрузка. А повод незначительный, согласись?
— Незначительный? То, что меня обворовали, ты считаешь незначительным поводом? — возмутилась она и злобно прищурилась.
— Арина Ивановна, ты здесь все осмотрела? — раздраженно процедил он. — Нашла? Нет. Потому что твоих вещей тут никогда не было. Все. Экскурсия закончена. Пойдем.
Он направился к выходу, Живетьева нехотя засеменила за ним, притворяясь донельзя дряхлой и безобидной.