) передал Лене от Ани дивные украшения. С одной стороны, огромное спасибо, все очень, очень нравится, и Лена все это задумчиво перебирает, но с другой стороны — кончайте, друзья, с этими делами. Все это дорого, и потому серьезно нас травмирует.
У Кости — крошечный пакетик для вас. Что-то будет сунуто и Уфлянду, может быть, вместе со «Стамбулом» и этим письмецом.
Посылаю Андрюше вырезку из «Н.Й.Таймс», из коей следует, что «Наши» попали в список лучших книг года.
Андрюшу часто вспоминают на станции, говорят, что он самый нормальный гость из Союза, и особенно все поражены тем, что он купил за доллары бутылку виски.
Ну, пока все. Обнимаю вас. Лена что-то предпринимает по просьбе Глазамицкого[154]. Во всяком случае, я слышу телефонные переговоры на эту тему.
Ваш С. Довлатов
1027 дек.
Дорогой Андрюша!
Гриша[155] передал мне твою записку и Анины подарки. Мне кажется, это зашло слишком далеко, Аня покупает дорогие вещи, и создается довольно большая неловкость.
Ваша дочка Маша оказалась милой и привлекательной. Вы как-то осторожно о ней говорили, и я уже подумал — вдруг неудачный ребенок. Прелестная девушка.
Спасибо за «Васильевский остров»[156], но вообще-то, на всякий случай, знай, что «куда-нибудь» и «как можно скорее» пристраивать рассказы не следует, предложений довольно много, в том числе и от Коротича[157].
Для «Звезды» — все самое лучшее и в первую очередь. Юнна (Мориц. — А.А.) об этом знает. А в остальном, на твое усмотрение — либо люди хорошие, либо размах и тираж.
Болгары ко мне еще не обращались[158], зато обратились с точно таким же предложением поляки.
Писал ли я тебе, что «Наши» по-английски угодили в список лучших книг года? Копию прилагаю.
Уфлянд и Азадовский вскоре (раньше, чем дойдет это письмо) передадут Вам крошечные пакетики. Уфлянд также, вроде бы, согласился взять Флоренского[159] как наиболее срочную для тебя книгу. Он же передаст тебе «Стамбул»."
"Если бы ты знал, как трудно всучить что-либо затоваренным советским гостям.