"Малыш от мажора
Пролог
Я медленно поднимаюсь из-за стола и следую за коллегами на негнущихся ногах. Я слышала это выражение раньше, однако считала, так говорят образно. Но нет. Они и в самом деле не гнутся. Так, что с трудом получается их переставлять.
Мы выходим в холл, где уже собрались все остальные сотрудники и…
— Никита Борисович, а вот и девушки из нашего рекламного отдела, — бодро возвещает Игнат Валерьевич и …Никита поворачивается к нам.
Мой Никита.
Только теперь он выглядит еще красивее, а может мне просто так кажется, потому что давно не виделись.
Отец моего ребенка.
Мой…то есть, уже давно не мой.
Я смотрю на него во все глаза и не могу оторвать взгляда.
Как же я его люблю.
Почему? Так не честно!
Я не должна!
Но отчего-то при одном только взгляде на него у меня такая слабость, что еле держусь на ногах.
Я не хочу, не хочу, чтобы так было.
Никита смотрит на всех рассеянно. Не сказать, что ему очень интересны сотрудники его фирмы. Лениво скользит по всем пустым, ничего не выражающим взглядом.
Скользит и…вдруг замирает. Фокусируется на…
На мне.
Его лицо застывает, словно маска, и он смотрит, смотрит.
Его взгляд прожигает, и я тоже…я не могу оторвать от него взгляда, как бы ни старалась.
Я умираю под этим взглядом, но одновременно с этим оживаю.
И снова умираю, потому что перед глазами тут же встает сцена, как он. полуодетый. в постели с той…
Нет, мы не должны были встретиться вновь. За что мне это?
А он все смотрит и смотрит. И под его таким внимательным и прожигающим взглядом мне вдруг становится страшно.
О моей безумной тяге к нему. Несмотря ни на что.
Пытаюсь опустить голову, отвести глаза, но не могу. Не получается, потому что его взгляд подавляет мою волю настолько, что я не могу справиться с этим. Под таким его взглядом я беспомощна и не представляю, как смогу совладать с собой.
— Соня, — произносит Никита хрипло и от его голоса, этого его тона, точно такого, как в минуты нашей близости, кровь бежит по венам в сотни, нет, в тысячу раз быстрее.
Вот таким вот тоном он шептал мне слова любви, и я таяла в его объятиях, растворялась. Забывала обо всем и теряла остатки себя, чтобы потом возродиться из пепла, словно птица Феникс.
— Это София Андреевна, сотрудница нашего рекламного отдела, — представляет меня Игнат и его голос звучит глухо, будто собеседник стоит очень далеко от нас, а не в одном метре.