Мне кажется, что даже в сто лет мы будем вести себя как два оторванных от общественных рамок идиота, которые просто наслаждаются жизнью и не заморачиваются на такие мелочи, как соответствие чьим-то стандартам и правилам. Как говорит Бон-Бон: «Жизнь слишком коротка, чтобы не сыграть с ней шашками в шахматы».
Я бережно ставлю Ени на ноги и немного отступаю, чтобы еще раз полюбоваться ею. А она, пользуясь случаем, ловко достает «полароид» и успевает сделать пару кадров. Понятия не имею, как ей это удается, но Бон-Бон до сих пор удается застать меня врасплох.
— Можно отмереть? — спрашиваю я, когда моя малышка жадно рассматривает полученные снимки. Получив разрешение, подхожу и, наконец, вручаю ей букет: много-много разноцветных роз. Она до сих пор посмеивается над тем, что с того ее Дня рождения я теперь всегда дарю ей разноцветные букеты.
— Вот еще! — фыркает Бон-Бон и бережно прячет все в рюкзак.
Потом выразительно смотрит на бумажный пакет у меня в руке и ее взгляд наполняется жгучим любопытством. К счастью, я успеваю вовремя пресечь попытку завладеть сокровищем и задираю руку, наслаждаясь тем, как моя лиса сперва пытается вскарабкаться по мне, а потом пытается взять меня деланой обидой и надутыми губами.
"— Рэээээээм… — мелодично тянет она, прижимая к груди пару черно-желтых гольф. — Где ты их нашел?!
— Купил по пути в секс-шопе, — не моргнув глазом, вру я, — там еще была какая-то дурацкая желтая юбка и рожки с сердечками.
Сейчас у нее такое лицо, что я на всякий случай предупреждаю:
— С примеркой терпи до вечера — хочу свою леди-пчелку в постели, в одних этих гольфах.
Вижу, что моя идея ей понравилась. Впрочем, мы так плотно сидит на волнах друг друга, что за два года семейной жизни не припомню ни одного случая, когда бы у нас возникали разногласия.
— Ты уже заказал стол? — спрашивает моя малышка, беря меня под руку.
— Да, но на семь вечера, так что можем погулять еще часа три.
Я знал, что она захочет.