Короткая перепалка — и в следующую секунду он хватает Костю за шиворот и волочет в сторону двери. Тапочек брыкается, пытается освободиться, но Рэму каким-то образом удается держать одной рукой. Консультанты в магазине чуть не писают кипятком от такого зрелища: готова спорить, не каждый день они видят, как брутальный мачо мутузит красавчика. Моя теория подтверждается: как только Рэм и Костя исчезают за дверьми, все до единого, толкаясь и сбивая друг друга с ног, бросаются к окнам. Слышу оживленное обсуждение — в этой битве носорога и оленя симпатии явно на стороне первого.
Я же так и стою на дурацком помосте, не имея в запасе даже пары капель моральных сил, чтобы уйти. Кажется, стоит сделать шаг — и мои ноги треснут, словно спички. В голове сплошная каша, в душе — раздрай, а на губах… улыбка? Трогаю пальцами складки в уголках губ — в самом деле, улыбаюсь. И плачу одновременно. Нет, нет, нет, этого всего — слишком много для меня одной. Это мне совсем не нужно, это не то, чего я хочу.
Обхватываю себя руками, скребу ногтями плечи, пытаясь соединить вместе края моей безопасной раковины, но ничего не выходит.
Дверь открывается — и Рэм идет ко мне. Как? Неужели все кончилось? Где Костя?
— Я тебя убью, если хоть пальцем меня тронешь, — предупреждаю я. Голос дрожит, зуб на зуб не попадает.
— Да по хрену! — взрывается он, обнимает мое лицо ладонями, словно я самый ценный трофей в мире — и жестко, до боли, до вкуса крови во рту, атакует мои губы поцелуем.
Я бью его: колочу по груди, по плечам, ногтями впиваюсь ему в волосы, но правда в том, что на самом деле это лишь отчаянная попытка спастись от того, что меня разрушает. Его губы слишком требовательные, его пальцы у меня на щеках шершавые, жесткие, а наш поцелуй на вкус как Кровавая Мери: обжигающий, горький, пьяный.
— Я задыхаюсь, задыхаюсь… Не дай мне умереть, пожалуйста, — молю я. Кажется, сердце вот-вот остановится.
— Дыши мной, — приказывает мой доберман.
И я сдаюсь на милость победителя.
* * *Мне кажется, что я полностью потеряюсь в этом поцелуе. Как будто мы становимся одним целым, связанным чем-то большим, чем просто прикосновение губ. Я отчаянно цепляюсь в плечи своему доберману, практически уверенная, что просто рухну без опоры. А он не делает совсем ничего, чтобы облегчить мое положение. Просто яростно, с голодной жаждой продолжает покорять мои губы.