— Сейчас?!
— Я не доживу до приёма через неделю, — он отворачивается, поправляя брюки, и я прячу улыбку. — Пойдём, это всего лишь один вопрос. А потом я провожу тебя до машины.
У гинеколога очень удачно случается небольшое окно между пациентками, так что, когда я стучусь, нам разрешают войти.
— Спрашивай сам! — выдаю мужчине суфлёрским шёпотом.
— Чего это я? — возмущается он в ответ тихо.
Татьяна Евгеньевна смотрит на нас, а потом вдруг хмыкает.
— Демьян Аркадьевич, я так понимаю, это вы счастливый отец?
— Очень счастливый, — подтверждает Демьян, притягивая меня к себе поближе.
— Вот оно что, — гинеколог расплывается в улыбке. — Поздравляю.
— Спасибо, — мужчина мнётся, косится на меня, но я прикидываюсь ветошью и складываю руки на груди, вперив взгляд в потолок. — Я… эм-м… хотел спросить у вас…
— Ну-ну, что такое? — врач смотрит на Демьяна поверх очков, и я прикусываю губу, изо всех сил сдерживая улыбку, потому что вижу, как у него покраснели уши.
— У Оли есть какие-то противопоказания?
— Для чего?
По-моему, гинеколог получает свою дозу невинного развлечения, глядя на донельзя смущённого владельца клиники.
— Чтобы… ну, чтобы… быть активной в… вести активную жизнь? — выдыхает он, наконец.
— Если вы об экстремальных видах спорта, — начинает Татьяна Евгеньевна, и я давлюсь от хохота, а Демьян окончательно краснеет, — то лучше воздержаться.
* * *— Она надо мной издевалась!
— Она ответила на твой вопрос, господин Кудинов, — язвительно улыбаюсь, пока Демьян провожает меня к машине. — Надо было спрашивать чётко и конкретно. А ты мялся, как школьник, застуканный за разглядыванием эротического журнала!
— Теперь и ты надо мной издеваешься!
— Ну хватит, — поворачиваюсь к мужчине, обнимаю его за шею и целую, стремясь прекратить ворчание.
Меня тут же обхватывают за талию, правда, руки моментально сползают ниже, прижимают сильнее. Когда через пару минут я первой разрываю поцелуй, лицо у мужчины абсолютно ошалевшее.
— Точно издеваешься… — хрипло шепчет он мне в ухо. — Езжай за Костей, пока я в состоянии держать себя в руках.