— Пока не знаю, — честно признался Apec. — Это уж как мой босс решит. А что там с торфяниками? — Он посмотрел на Михалыча.
— Гореть начинают торфяники. — Михалыч говорил медленно, как будто в этот самый момент что-то обдумывал.
— Когда горят торфяники, на болоте очень опасно, — заговорила Александра Васильевна. — Пожар на торфяниках — это особая история. Его очень тяжело, практически невозможно потушить. Он гаснет сам, но лишь по осени, когда грунтовые воды поднимаются достаточно высоко. Да и то не до конца.
— Насколько я понимаю, дому на Змеиной заводи уже очень много лет? — спросил Apec.
— Много, — с явной неохотой согласился Михалыч.
— И он до сих пор цел и невредим, несмотря на пожары. — Это был не вопрос, это было утверждение.
— Чудом, — сказал Михалыч и нахмурился.
— Там не сам пожар опасен, — начала было Александра Васильевна, но под предупреждающим взглядом супруга запнулась и продолжила уже другим, неестественно бодрым тоном: — Когда горят торфяники, дым иногда добирается даже до города.
— Так пока не чувствуется никакого дыма.
— Это пока. Саня, ты следи за кофе, а то убежит, — проворчал Михалыч, а Аресу подумалось, что таким нехитрым образом он просто пытается вывести супругу из игры. — Поначалу все тихо, а потом может так накрыть, что все.
— Что все? — спросил Apec с интересом.
— Кранты! Угарите! — Михалыч потер небритый подбородок.
— Были прецеденты? — не сдавался Apec.
— Были. — Михалыч кивнул. — Болото у нас… специфическое.
Александра Васильевна разлила кофе по чашкам и так посмотрела на мужа… У Ареса тут же возникло впечатление, что рассказ о специфических продуктах горения она слышит впервые.
— Садитесь к столу! — Она указала на стол, сделанный из дубового слэба. Аресу страшно нравились такие столы, но не цена на них. Цена ему была пока не по карману. — Сейчас принесу штрудель.
— И что там с продуктами горения? — вежливо поинтересовался Apec, усаживаясь за стол своей мечты и ласково оглаживая отполированную, пропитанную воском столешницу.
— Угорают люди от болотного дыма. Вот что не так, — сказал Михалыч, усаживаясь напротив.
— Насмерть? Как от угарного газа? — Не верил Apec в эти байки, но ему было интересно, к чему клонят милые фермеры.
— Нет, не как от угарного газа. — Михалыч смотрел на него сквозь внимательный прищур. Сейчас он был особенно похож на боксера.