То есть, ругаются матом и сразу лезут лапать за жопу.
Жора искренне и от души поблагодарил их, а сам еле дождался Марусю, которую, запинаясь и с подсказками Германа пригласил-таки на свидание.
Накануне этого торжественного дня близнецы оборудовали себе наблюдательный пункт на участке — отец Маруси все-таки не до конца доверял новому кавалеру и велел выгуливать дочь на собственной территории, благо места там было достаточно.
Жора явился в новой белой футболке и принес огромную охапку ромашек. По тому, как у Маруси загорелись глаза при взгляде на букет, стало ясно, что они тут облажались.
В программе развлечений был пикник рядом с рукотворным прудом, где плавали, мелькая жирными боками, зеркальные карпы. В качестве угощения Жора принес криво нарезанные, явно собственными руками, бутерброды и кислых мармеладных червяков. Маруся с удовольствием жевала червяков и смотрела с Жорой ужастик на его стареньком ноутбуке.
Свидание шло как-то слишком хорошо по мнению близнецов.
Этого Макар с Никитой вынести, конечно, не смогли. Они с воплями выкатились из своего наблюдательного пункта в кустах жимолости и забросали парочку водяными бомбочками с зеленой краской.
И… не успели увернуться. Жора оказался не таким уж медлительным. Он с диким ревом погнался за двумя глупыми зайцами, которые забыли рвануть в разные стороны, поэтому поймал обоих и стукнул лбами так, что посыпались искры из глаз.
Маруся почему-то на него за это обиделась. Хотя по мнению Макара с Никитой должна была проявить благосклонность. Но она больше с бугаем не гуляла.
Близнецы тоже остаток лета нигде не гуляли, потому что Жора с друзьями караулил их на улице.
Виноваты были они сами, но, разумеется, главной заразой была назначена Маруся, и братья поклялись, что больше ни один парень к ней близко не подойдет.
И выполняли свою клятву каждое лето, что проводили вместе.
Все свидания Маруси были сорваны совершенно безжалостными образом.
— Да… — протянул Макар, переходя к укладыванию креветок на решетку. — Мы отлично оторвались тогда.
— А хули она? — справедливо поинтересовался Никита.
— Действительно. Зачем было целоваться прямо под нашими окнами?
У Маруси был отдельный вход в дом. Так уж получилось — родители почему-то решили, что дверь из ее комнаты всегда пригодится.